Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

СУДЕЙ ИЗРАИЛЕВЫХ КНИГА
66, С. 673-684 опубликовано: 16 ноября 2026г. 


СУДЕЙ ИЗРАИЛЕВЫХ КНИГА

[евр.   - судьи; греч. Κριταί], 7-я книга ВЗ. В евр. Свящ. Писании (Танахе) это 2-я книга разд. Невиим («Пророки»), в христ. традиции входит в раздел исторических книг. В евр. религ. традиции автором С. И. к. считается прор. Самуил (Бава Батра. 14b). События книги разворачиваются в период между завоеваниями Иисуса Навина и установлением монархии в Израиле (в т. н. эпоху судей).

Название

Книга была названа в честь своих главных героев - харизматических лидеров в домонархическом Израиле. Евр. слово   («судьи», ед. ч.  ) образовано от корня   значение к-рого TDOT определяет как «править, руководить, управлять» и «судить, вершить правосудие»;   соответственно, имеет значения «правитель, вождь», «судья». Общепринятый перевод евр.   словом «судья» в С. И. к. восходит к греч. переводу (греч. κριτής значит «судья», но не имеет значений «вождь, правитель»). Этот перевод не вполне корректно передает их функцию. Что касается т. н. великих судей, они были скорее военными предводителями, вождями, нежели судьями в собственном смысле слова. Исключением может считаться пророчица Девора: в Суд 4. 5 говорится, что «приходили к ней сыны Израилевы на суд»; однако, возможно, израильтяне приходили к ней не как к судье, а как к пророчице (Soggin. 1981. P. 1). Какой была деятельность т. н. малых судей, неизвестно.

Рукописи и переводы

Масоретский текст (МТ)

Наиболее совр. критическое издание еврейского текста С. И. к.- издание Н. Фернандеса Маркоса в сер. BHQ (Fernández Marcos. 2011). Принято считать, что МТ книги (за исключением Суд 5, песни Деворы) достаточно хорошо передает древнейшее состояние текста (в целом лучше, чем в случае др. исторических книг ВЗ). Расхождения между дошедшими до нас свидетелями евр. текста невелико (см. аппарат BHQ).

Вульгата (лат. перевод блж. Иеронима), Пешитта (сир. перевод) и арам. Таргум предполагают наличие евр. протографа, соответствующего МТ или близкого к нему.

Септуагинта

Текстологическая история греч. перевода С. И. к. гораздо сложнее: греч. рукописи демонстрируют гораздо большее разнообразие. До сих пор нет единого критического издания Септуагинты С. И. к.; издание А. Ральфса (малое гёттингенское) публикует сразу 2 варианта греч. текста: LXXA (эклектичный текст, в основе к-рого лежит Александрийский кодекс) в верхней части страницы и LXXB (Ватиканский кодекс) - в нижней. Решение Ральфса опубликовать сразу 2 текста было обусловлено значительными различиями между 2 кодексами и, вероятно, отражало т. зр. многих его современников (напр., Lagarde. 1891-1892; Kahle. 1959) о том, что 2 текста восходят к 2 разным переводам. Однако сегодня более распространено мнение, что LXXA и LXXB восходят к некоему единому старому греч. переводу и разные рукописи отражают разные редакции и ревизии этого перевода (напр.: Pretzl. 1926; Soisalon-Soininen. 1951; Schreiner. 1957). Классификацию греческих рукописей на типы А и В предложил О. Прецль; рукописи 1-го типа он также подразделял на АI, АII, АIII. И. Сойсалон-Сойнинен продемонстрировал, что рукописи всех типов, особенно типа А, были подвержены влиянию Гекзаплы (см. в статьях Септуагинта, Ориген). Ж. Д. Бартелеми указал, что тексты группы В относятся к «ревизии кайге» (Barthelemy. 1963). Считается, что тексты АII («лукианова» редакция варианта А) могут быть наиболее хорошим свидетельством для реконструкции старого греч. перевода, особенно при их сопоставлении со старолат. переводом.

Свитки Мёртвого моря

Среди свитков Мёртвого м. (см. в ст. Рукописи Мёртвого моря) сохранилось 3 фрагмента С. И. к.: 3 были обнаружены в Кумране (1QJudg, 4QJudga, 4QJudgb), происхождение одного неизвестно (XJudges).

1QJudg состоит из 40 сильно поврежденных фрагментов, из к-рых 31 можно идентифицировать. Эти фрагменты содержат отрывки стихов Суд 1. 12-13; 3. 8; 5. 15-16; 6. 15-16, 20-22, 25-26, 39-40?; 9. 1-6, 28-35, 38, 40-44, 48-49; 10. 7-9; 11. 19-22, 24-27, 36-37; 12. 15; 13. 1; 17. 3-4; и 21. 7-8. Фернандес Маркос (Fernández Marcos. 2003) классифицирует текст 1QJudg как протомасоретский; согласно др. т. зр., он типологически не близок ни одному из сохранившихся древних текстов С. И. к. (Lange, Tov. 2016. P. 281).

Единственный сохранившийся фрагмент рукописи 4QJudga содержит Суд 6. 1-13, однако стихи 7-10 в нем пропущены. Эти стихи (Суд 6. 7-10) включают обороты, характерные для девтерономической редакции С. И. к., т. е. относятся к достаточно позднему слою книги; некоторыми исследователями они рассматриваются как более поздняя вставка. В соответствии с этим возникла гипотеза, согласно которой 4QJudga может быть свидетельством раннего, более короткого варианта книги (Trebolle Barrera. 1989). Эта т. зр., однако, неоднократно критиковалась (напр.: Hess. 1997; Fernández Marcos. 2003); по мнению этих исследователей, стихи, вероятно, были просто пропущены - случайно или преднамеренно; в любом случае фрагмент 4QJudga слишком краток, чтобы делать столь далеко идущие выводы.

4QJudgb состоит из 3 фрагментов, содержащих отрывки стихов Суд 19. 5-7 и 21. 12-25. Фернандес Маркос (Fernández Marcos. 2003) классифицирует 4QJudgb как протомасоретский текст, однако такая классификация оспаривается (подробнее см.: Lange, Tov. 2016. P. 282).

XJudges состоит из 7 фрагментов, содержащих отрывки стихов Суд 1. 10-13, 3. 23-24 и 4. 5-9. Текст предлагается с осторожностью классифицировать как протомасоретский (Lange, Tov. 2016. P. 282-283).

Судьи малые и великие

В библеистике нередко встречается деление библейских судей на «великих» (или «больших») и «малых» - возможно, по аналогии с большими и малыми пророками. В рамках ряда гипотез, в т. ч. М. Нота и В. Рихтера (Noth. 1991; Richter. 1963; Idem. 1964), нарративы о великих и малых судьях восходят к 2 разным источникам.

Великим судьям в С. И. к. посвящены достаточно длинные нарративы; они - герои-освободители Израиля, на к-рых сходил Дух Божий. Героями таких рассказов являются Гофониил (в евр. тексте Отниэл) (Суд 3. 7-11), Аод (Эхуд) (3. 12-30), Девора и Варак (Барак) (4-5), Гедеон (Гидеон) (6. 11-8. 32), Иеффай (Йифтах) (10. 6-12. 7), Самсон (Шимшон) (13-16).

Малых судей библейский текст лишь упоминает, не приводя подробного рассказа об их деятельности. К малым судьям обычно относят Фолу (Толу) (Суд 10. 1-2), Иаира (Яира) (10. 3-5), Есевона (Ивцана) (12. 8-10), Елона (Элона) (12. 11-12), Авдона (12. 13-15). Как правило, библейский текст называет имя, место рождения и/или принадлежность к колену, длительность «правления» и место захоронения малого судьи; иногда добавляются сведения о его потомстве. Обращает на себя внимание необычайное формальное сходство (в т. ч. нехарактерные для С. И. к. числовые подсчеты) кратких заметок об Иаире, Есевоне и Авдоне.

Часто к малым судьям причисляют также Самегара (Шамгара) (Суд 3. 31). Однако в отличие от типичного описания малого судьи в кратком стихе, посвященном Самегару, содержится, как в нарративах о великих судьях, описание его военных подвигов.

Всего судей, великих и малых (не считая Девору как женщину, задача которой заключается в том, чтобы вдохновить на бой героя - Варака), в С. И. к. насчитывается 12. Вряд ли это случайно: для девтерономической истории (см. в ст. Исторические книги) очень важно, что Израиль - это совокупность 12 племен и нельзя не обратить внимание на стремление составителя С. И. к. к тому, чтобы в его рассказах были представлены так или иначе все области Израиля. Упомянуто происхождение нек-рых судей из колен Вениамина (Аод), Неффалима (Варак), Манассии (Гедеон), Иссахара (Фола), Завулона (Елон) и Дана (Самсон). Генеалогия Гофониила связывает его с территорией Иуды. Иеффай и Иаир связаны с Галаадом (Заиорданьем). Возможно, число 12 должно намекать на «всеизраильский» охват нарратива С. И. к., однако однозначного соответствия 12 ее героев 12 племенам Израиля все же нет.

Формирование книги

Согласно гипотезе Нота об истории становления библейского текста (Noth. 1991), Второзаконие и 1-й цикл библейских исторических книг (Книги Иисуса Навина, Судей, 1-4 Царств) были написаны в период вавилонского пленения одним автором-девтерономистом на материале более ранних источников. По мнению Нота, работа девтерономиста («девтерономическая история» - см. в ст. Исторические книги) представляла собой единое непрерывное повествование; разделение его на отдельные книги произошло позже. Девтерономиста Нот считает именно автором, а не редактором, поскольку тот не просто объединил древние предания в единый блок, но организовал их в последовательный и связный рассказ об истории Израиля - от того момента, когда израильтяне подошли к рубежам земли обетованной, до изгнания. Кроме того, он добавил выводы, поместил дополнительный материал и вставки, соответствующие его идеологии, а также тексты, к-рые обрамляют истории героев и придают им тематическое единство. Вклад девтерономиста в древнейший пласт истории, от завоевания до установления монархии, Нот считает особенно значительным: девтерономист фактически создал «эпоху судей», объединив древние разрозненные традиции в единый нарратив. По мнению Нота, материал, используемый девтерономистом для конструирования повествования о судьях, по большей части происходил из 2 традиций: во-первых, это серия рассказов о племенных героях и их победах над чужеземными врагами (так появились рассказы о т. н. великих судьях), во-вторых, список «судей» с краткими описаниями их мест рождения и захоронения, длительности «правления» и дополнительными подробностями их жизни (так появились рассказы о т. н. малых судьях). Объединению 2 традиций, по мнению Нота, способствовало упоминание Иеффая как в рассказах о героях, так и в списке судей; это же позволило применить термин «судья» и к племенным героям.

Цель написания девтерономической истории состояла не в том, чтобы составить исторический труд, отражающий объективные факты; автор-девтерономист стремился создать нарратив, к-рый богословски объяснял причины страшных трагедий, постигших израильский народ,- падения Северного царства (722 г. до Р. Х.) и Вавилонского пленения (586 г. до Р. Х.). По его мнению, эти беды были вызваны тем, что Израиль не соблюдал законы Господа, сформулированные в кн. Второзаконие. В фокусе внимания девтерономиста - отношения избранного народа с Богом и то, как Бог действовал в израильской истории.

Гипотеза Нота не утратила своего значения и по сей день, однако последующими авторами были предложены ее существенные модификации. Примером может служить картина возникновения книги Судей, предложенная Рихтером.

Рихтер (Richter. 1963; Idem. 1964) утверждает, что истории о племенных героях ко времени работы девтерономиста уже существовали как сборник с включенным в него обрамляющим материалом. Он постулирует существование 3 до-девтерономических редакций этого сборника. Согласно Рихтеру, в основе С. И. к. лежит «Книга Спасителей» («Retterbuch»), к-рая состояла из эпизодов об Аоде, Иаили и Гедеоне; окончание «Книги Спасителей», по его мнению, содержится в Суд 9. 56. «Книга Спасителей» была дополнена более поздним редактором - он добавил материалы, превращающие войны, к-рые вели спасители, в «войны Господа»; этот слой редакции можно увидеть в Суд 3. 13, 27-29; 4. 4a, 6-9, 11, 17b; 6. 2b - 5, 11b - 17, 25-27a, 31b, 32-34; 7. 1, 9-l1a, 22-25; 8. 3-4, 10-13, 22-23, 29, 31; 9. 1-7, 16a, 19b - 21, 23-24, 41-45, 56-57. За этим слоем последовали еще 2 редакции: 1-й редактор добавил материал, служащий обрамлением историй Аода, Деворы/Варака и Гедеона; его целью было показать, что причиной постоянных притеснений израильтян др. народами было божественное возмездие. К этому слою редакции относятся Суд 3. 12, 14, 15a, 30; 4. 1a, 2-3a, 23-24; 5. 31; 6. 1, 2a; 8. 28; и, возможно, 9. 16b - 19a, 22, 55. Второй редактор добавил рассказ о Гофонииле в Суд 3. 7-11a. Лишь после этого девтерономист объединил истории о спасителях с историями о малых судьях, распространил употребление термина «судья» на всех персонажей книги, добавил рассказы об Иеффае и Самсоне, а также составил введения (Суд 2. 7, 10-12, 14-16, l8-19; 4. 1b; 10. 6-16).

На гипотезе Нота так или иначе основываются большинство остальных авторов, рассматривающих процесс становления девтерономической истории и, в частности, С. И. к. (напр.: Cross. 1973; Nelson. 1981; Smend. 1971; Veijola. 1977; Dietrich. 1972). Предметом дискуссий в основном являются количество редакций, их датировка и богословское содержание девтерономической истории. См. обзор в: Wong. 2006. P. 1-10; см. также ст. Исторические книги.

Структура и содержание

Общепринято деление С. И. к. на 3 раздела. Книга начинается с введения, в к-ром завершается история завоевания и заселения Ханаана (Суд 1. 1 - 2. 5). Во 2-й, основной части С. И. к., описываются подвиги судей (Суд 2. 6 - 16. 31). Третья часть представляет собой «приложение», серию дополнительных историй: о святилище Михи и левите (Суд 17-18), а также об изнасиловании и убийстве наложницы левита (гл. 19) и последовавшей за этим междоусобной войне (Суд 20-21) (Soggin. 1981. P. 4-5).

Введение

Начало С. И. к. отсылает к повествованию Книги Иисуса Навина; рассказчик помещает описываемые события «по смерти Иисуса Навина». Во введении к С. И. к., как и в Книге Иисуса Навина, рассказывается о завоевании израильтянами Ханаанской земли; повествование строится так, что завоевания С. И. к. воспринимаются как продолжение завоеваний Иисуса Навина, однако 2 нарратива сильно контрастируют: в Книге Иисуса Навина 12 колен Израиля действовали сообща под командованием общего лидера, тогда как в С. И. к. каждое племя действует в собственных интересах. Введение к С. И. к. (Суд 1. 1 - 2. 5) повествует о захвате неск. городов, а также содержит список поселений: израильтяне ими не овладели, но обложили их данью. Картина завоевания, предложенная в С. И. к., в целом считается более реалистичной, чем в Книге Иисуса Навина (Collins. 2014. P. 211-212). Некоторые фрагменты введения дублируют отдельные пассажи Книги Иисуса Навина (ср.: Суд 1. 10-15 и Нав 15. 13-19).

Основная часть

Одна из характерных особенностей основной части (Суд 2. 6 - 16. 31) - каждый большой эпизод истории С. И. к. вставляется в своего рода рамку, общую для всех эпизодов: к нему добавляются пролог и эпилог. Пролог, собственно эпизод и эпилог образуют своего рода цикл: Израиль грешит, поклоняясь чужим богам, за что Господь гневается и отдает его в руки чужеземных правителей; осознав свои грехи, израильтяне раскаиваются и обращаются к Господу, прося избавления (пролог). Бог посылает избавителя-судью, к-рый спасает свой народ от угнетателей (сам эпизод). За этим следует спокойный период, продолжающийся до смерти судьи (эпилог). Однако через некоторое время после смерти судьи народ забывает свои обеты и вновь начинает служить идолам (пролог к следующему эпизоду); цикл повторяется. Эта схема, по к-рой выстроены истории о судьях, приводится самим автором в предисловии к основному повествованию (Суд 2. 6 - 3. 6).

Не только С. И. к., но и вся девтерономическая история построена в соответствии с представлением об израильской истории как о таком цикле: Божия милость - отступничество - Божие наказание - покаяние народа - спасение. Девтерономическая история оканчивается изгнанием, т. е. наказанием за отступничество, но это еще не конец: израильтяне могут покаяться и спастись.

Чтобы эта схема засвидетельствовала свою эффективность, автор девтерономической истории должен показать, что в прошлом такие циклы уже не раз повторялись; поэтому внутрь большого цикла девтерономической истории вставлены маленькие циклы-прообразы и главным собранием таких парадигматических историй-циклов является именно Книга Судей. Т. о., собирая в единую книгу предания о домонархическом Израиле, девтерономист решает 2 задачи. Во-первых, он заполняет промежуток между эпохой Моисея - Иисуса Навина и царским временем, переходя от эпохи скорее мифа к эпохе скорее истории,- и так создает «эпоху судей». Во-вторых, он представляет эту эпоху как собрание наглядных примеров цикличности истории Израиля.

1. Гофониил (Суд 3. 7-11). Это 1-й судья, упомянутый в основной части С. И. к. Он сын Кеназа, младшего брата Халева. Согласно др. преданию (Суд 1. 11-13), он участвовал в завоевании и захватил город Давир (Девир) (Кириаф-Сефер), за что Халев, один из военачальников Израиля, отдал ему в жены свою дочь Ахсу. Согласно библейскому тексту, Гофониил был сыном младшего брата Халева (Суд 3. 9). Гофониил избавил израильтян от Хусарсафема, царя Месопотамского, под властью к-рого они находились 8 лет. После победы Гофониила мир в земле Израиля продолжался 40 лет.

2. Аод (Суд 3. 12-30). Сын Геры из колена Вениаминова, Аод избавил Израиль от Еглона, царя Моава. Аод хитростью проник в покои Еглона, где без свидетелей убил его (Суд 3. 16-25), а затем повел войско на Моав и одержал победу (Суд 3. 27-29). После этого 80 лет Израиль пребывал в мире.

3. Самегар (Суд 3. 31). Упоминается также в песни Деворы (Суд 5. 6). Самегар прямо не называется судьей; ему посвящен лишь один стих, из к-рого мы узнаем, что Самегар, сын Анафов, перебил 600 филистимлян воловьим рожном. Использование необычного оружия против филистимлян сближает его с Самсоном, убившим тысячу филистимлян ослиной челюстью (Суд 15. 15). Хотя библейский текст явно указывает на то, что Самегар сменил Аода на посту судьи, о смерти Аода сообщается лишь в Суд 4. 1, перед историей о Деворе и Вараке.

Девора посылает Варака на бой с хананеями. Миниатюра из Псалтири. 1270–1274 гг. (Paris. lat. 10525. Fol. 47v)
Девора посылает Варака на бой с хананеями. Миниатюра из Псалтири. 1270–1274 гг. (Paris. lat. 10525. Fol. 47v)

Девора посылает Варака на бой с хананеями. Миниатюра из Псалтири. 1270–1274 гг. (Paris. lat. 10525. Fol. 47v)
4. Варак и Девора (Суд 4-5). После того, как израильтяне в очередной раз отошли от Господа, Он предал их в руки ханаанского царя Иавина, чья столица была в Асоре. Девора, жена Лапидофа, была пророчицей; согласно Суд 4. 4-5, израильтяне приходили к ней за указаниями. Девора призвала к себе Варака, сына Авиноама из колена Неффалимова, и отправила его на сражение с военачальником Иавина, Сисарой, в Кишонскую долину, наказав взять с собой 10 тыс. воинов из колен Неффалима и Завулона. Варак изъявил готовность лишь при условии, что Девора пойдет с ним (Суд 4. 8). Пророчица согласилась сопровождать его, но предупредила, что поход не принесет ему славы и Сисара будет предан в руки женщины. Сисара, узнав, что Варак собрал войско, вышел навстречу. После благословения Деворы Варак с войском спустился в долину с горы Фавор и сокрушил армию ханаанеев; Сисаре, однако, удалось бежать. Он добрался до шатра Иаили, жены Хевера Кенеянина, который был в союзе с царем Асора. Иаиль впустила гостя и спрятала его, накрыв ковром; когда Сисара уснул, она вонзила колышек от шатра ему в висок и убила на месте (Суд 4. 21). Так сбылось пророчество Деворы о том, что Сисара погибнет от рук женщины. Израильтяне же продолжали теснить Иавина и в конце концов убили его.

Этот рассказ дублирует эпизод из Книги Иисуса Навина (гл. 11), где рассказывается о победе Иисуса Навина над Иавином, царем Асора. Оба рассказа говорят о том, что Хацор (Асор) был главным городом Ханаана (Нав 11. 10; Суд 4. 2). Роль Хацора в эпоху поздней бронзы и его гибель в XIII в. до Р. Х. подтверждаются археологическими исследованиями.

Глава 5, т. н. песнь Деворы, в поэтической форме повторяет рассказ о победе израильтян над ханаанеями и гибели Сисары. Большинство совр. исследователей считают песнь Деворы одним из наиболее архаичных библейских текстов. Датировка песни является предметом дискуссий, однако чаще всего ее датируют ок. XII в. до Р. Х. (Soggin. 1981. P. 80). Несмотря на то, что главы 4 и 5 повествуют об одних и тех же событиях, в их содержании есть значительные различия. В гл. 5 не упоминается царь Иавин; в гл. 4 фигурируют только колена Завулона и Неффалима, а в гл. 5 упоминаются также племена Рувима, Иссахара, Вениамина, Дана, Асира и Ефрема. Местоположение битвы в главах также различно: песнь Деворы помещает ее севернее; тем не менее в обеих главах места битвы располагаются неподалеку от р. Киссон (ныне Кишон). В гл. 5 есть 2 эпизода, отсутствующие в гл. 4: призыв ангела Господня проклясть г. Мероз «за то, что не пришли на помощь Господу, на помощь Господу с храбрыми» (Суд 5. 23), и сцена, в которой мать Сисары ждет сына, еще не зная, что тот погиб (Суд 5. 28-30).

5. Гедеон (Суд 6-8). Гедеон был сыном Иоаса из рода Авиезера. Когда израильтяне, попав под иго мадианитян, вновь стали молить Господа о спасении, Гедеону явился ангел и призвал его стать избавителем Израиля. Гедеон засомневался в словах ангела: «...как спасу я Израиля? вот, и племя мое в [колене] Манассиином самое бедное, и я в доме отца моего младший» (Суд 6. 15). Гедеон попросил Господа о чудесном знамении, чтобы убедиться в Его словах. Получив знамение (Суд 6. 17-21) и удостоверившись, что с ним действительно говорил Бог, Гедеон возвел Ему жертвенник. Той же ночью Гедеон по поручению Бога разрушил жертвенник Ваала, принадлежавший его отцу. Увидев наутро разрушенную святыню, жители селения вознамерились убить Гедеона, но за него заступился отец: «...если он [Ваал] бог, то пусть сам вступится за себя, потому что он разрушил его жертвенник» (Суд 6. 31). После этого события Гедеону дали имя Иероваал, значение к-рого библейский текст объясняет как «пусть Ваал сам судится с ним» (Суд 6. 32).

Когда мадианитяне, амаликитяне и вост. племена собрались вместе и образовали лагерь в Изреельской долине, Гедеона «объял Дух Господень» и он начал собирать военный отряд. С ним отправился весь род Авиезера, а также колена Манассии, Асира, Завулона и Неффалима. По просьбе сомневающегося перед битвой Гедеона Господь явил ему еще одно чудесное знамение (Суд 6. 36-40). Для того чтобы не было сомнений в том, что именно Господь спас Израиль, Он повелел Гедеону сократить количество воинов; после нескольких «испытаний» их осталось всего 300 чел. Затем Господь благословил судью перейти в наступление; вечно сомневающемуся Гедеону Он предложил сходить во вражеский лагерь на разведку и послушать, что там говорят. Гедеон подслушал рассказ одного человека о своем сне, иносказательно предрекающем победу израильтян (Суд 7. 13-15). Убедившись в предстоящем успехе, Гедеон вернулся в лагерь, собрал войско и благодаря продуманной тактике обратил врагов в бегство. Ефремляне по зову Гедеона преградили убегающим мадианитянам путь и убили 2 мадиамских князей.

Гедеон и его воины меж тем продолжали погоню. Проходя через г. Сокхоф, они обратились к местным жителям с просьбой о хлебе, но те ответили отказом. То же повторилось и в Пенуэле. Гедеон поклялся отомстить жителям городов после окончательной победы над мадианитянами. Так и произошло: Гедеон нагнал врага и захватил 2 мадиамских царей, а на обратном пути, вновь проходя через Сокхоф и Пенуэл, исполнил свое обещание, жестоко убив множество людей.

После триумфального возвращения Гедеон отказался от предложения израильтян стать их правителем: «...ни я не буду владеть вами, ни мой сын не будет владеть вами; Господь да владеет вами» (Суд 8. 23). Однако он попросил всех израильтян дать ему по одной золотой серьге из их военной добычи. Из золота Гедеон сделал эфод и поместил его в своем городе, Офре. О каком именно культовом предмете идет речь в данном случае, непонятно, но девтерономист осуждает культовые практики, связанные с этим эфодом: «...стали все Израильтяне блудно ходить туда за ним, и был он сетью Гедеону и всему дому его» (Суд 8. 27). Тем не менее еще 40 лет, вплоть до смерти Гедеона, Израиль пребывал в мире. Из Суд 8. 29-32 мы узнаем, что у Гедеона родились 70 сыновей, умер он в глубокой старости и был похоронен в Офре, в гробнице своего отца Иоаса.

Авимелех (Суд 9) не именуется «судьей» и не фигурирует как «спаситель Израиля»; его история представляет собой дополнение к рассказу о Гедеоне. Авимелех был сыном Гедеона и его наложницы, жившей в Сихеме (Суд 8. 31). Он вознамерился захватить власть в Сихеме; заручившись поддержкой местных жителей, Авимелех получил 70 шекелей серебра из храма Баал-Берита и нанял отряд «праздных и своевольных людей». Придя с отрядом в Орфу, в дом отца, Авимелех убил всех братьев, кроме одного: спрятаться удалось лишь младшему из них - Иофаму. Жители Сихема избрали Авимелеха царем. Узнав об этом, Иофам рассказал горожанам Сихема притчу (Суд 9. 8-20), обличающую Авимелеха (а заодно и сам принцип царской власти). Он предрек грядущие распри между Авимелехом и жителями Сихема и скорое падение нового правителя. Авимелех царствовал 3 года; жители Сихема действительно вскоре отвернулись от него. Когда в город пришел Гаал, сын Еведа, они поддержали его в намерении сместить Авимелеха. Однако Зевул, начальник города, узнал о смуте и тайно отправил Авимелеху вестников. Тот устроил засаду и разбил войско горожан под предводительством Гаала, разрушил город, а место, где тот стоял, засыпал солью. После этого Авимелех двинулся на г. Тевец и взял его. В городе была неприступная башня - в ней спрятались жители города; когда Авимелех стоял у дверей башни и собирался ее поджечь, одна женщина сбросила ему на голову обломок жернова. Авимелех, умирая, подозвал своего оруженосца и приказал убить его, чтобы не говорили, что он пал от руки женщины. Автор Книги Судей подводит итог: «Так воздал Бог Авимелеху за злодеяние, которое он сделал отцу своему, убив семьдесят братьев своих» (Суд 9. 56).

6, 7. Фола и Иаир (Суд 10. 1-5), малые судьи. Фола был сыном Фуи, сына Додо, из колена Иссахара. Жил в Шамире на горе Ефремовой, судил Израиль 23 года и был погребен в Шамире. Иаир происходил из Галаада, судил Израиль 22 года и был погребен в Камоне. Имел 30 сыновей, владевших 30 селениями в Галааде, к-рые «до сего дня» зовутся селениями Иаира.

8. Иеффай (Суд 10. 6-12. 7). Израиль вновь начал поклоняться чужим богам, и Господь отдал его в руки филистимлян и аммонитян. Осознав свои грехи, израильтяне покаялись и повернулись к Господу. Тем временем аммонитяне начали подготовку к войне и поставили лагерь в Галааде. Израильтяне также собрали войско близ Мицпы (Массифе), однако у них не было военачальника; жители Галаада пообещали поставить правителем Галаада того, кто поведет войско против аммонитян.

Иеффай отправляет послов к аммонитянам. Миниатюра из Октатевха. Ок. 1150 г. (Vat. gr. 746. pt. 2. Fol. 486v)
Иеффай отправляет послов к аммонитянам. Миниатюра из Октатевха. Ок. 1150 г. (Vat. gr. 746. pt. 2. Fol. 486v)

Иеффай отправляет послов к аммонитянам. Миниатюра из Октатевха. Ок. 1150 г. (Vat. gr. 746. pt. 2. Fol. 486v)
Иеффай, могучий воин из Галаада, был сыном блудницы и человека по имени Галаад. Поскольку Иеффай не был законным сыном Галаада, у к-рого были др. сыновья от жены, он был изгнан братьями. Иеффай бежал в страну Тов, где, собрав отряд «праздных людей», совершал набеги. Именно за Иеффаем пошли старейшины Галаада, когда на Израиль напали аммонитяне. Они уговорили Иеффая вернуться и вести израильтян на войну, поклявшись, что в случае победы он станет правителем. Когда Иеффай пришел в военный лагерь в Мицпу, он отправил посла к царю аммонитян с вопросом: «...что тебе до меня, что ты пришел ко мне воевать на земле моей?» (Суд 11. 12). Царь аммонитян отвечал, что хочет вернуть свои земли «от Арнона до Иавока и Иордана», к-рые израильтяне захватили, когда шли из Египта. В ответ Иеффай возразил, что эти земли отдал израильтянам Господь, а значит, они принадлежат им по праву: «Не владеешь ли ты тем, что дал тебе Хамос, бог твой? И мы владеем всем тем, что дал нам в наследие Господь Бог наш» (Суд 11. 24). На Иеффая сошел Дух Господень, и он двинулся на аммонитян. Перед началом битвы Иеффай принес обет Господу, что в случае победы принесет в жертву того, кто первый выйдет к нему навстречу из его дома. Разгромив войско аммонитян, Иеффай вернулся домой; первой навстречу вышла его единственная дочь. Убитый горем Иеффай рассказал ей о своем обете; она смирилась со своей участью, но попросила Иеффая отсрочить жертвоприношение на 2 месяца: «...я пойду, взойду на горы и оплачу девство мое с подругами моими» (Суд 11. 37). Библейский автор добавляет, что с тех пор у израильтян появился обычай: каждый год девушки на 4 дня уходили оплакивать дочь Иеффая.

Меж тем израильтяне из колена Ефремова стали угрожать Иеффаю за то, что он не позвал их на войну с аммонитянами. Началась междоусобица, в результате к-рой погибли 42 тыс. ефремлян. Согласно Суд 12. 7, Иеффай судил Израиль 6 лет и был похоронен в Галааде.

9, 10, 11. Есевон, Елон и Авдон (Суд 12. 8-15), малые судьи. Есевон происходил из Вифлеема, где и был похоронен. Судил Израиль 7 лет, имел 30 сыновей и 30 дочерей. Елон из колена Завулонова судил 10 лет и был похоронен в Аиалоне. Авдон, сын Гиллела, Пирафонянин, судил 8 лет, имел 40 сыновей и 30 внуков. Был похоронен на родине в Пирафоне, в земле Ефрема.

12. Самсон (Суд 13-16). В отличие от большинства великих судей Самсон не был военным предводителем, предпочитая сражаться с врагами в одиночку; более того, все его «подвиги» против филистимлян были мотивированы личной местью, а не заботой об Израиле. В С. И. к. также нет ни малейшего упоминания о том, что он исполнял к.-л. общественные обязанности, к-рые могут лежать на вожде. Согласно Суд 16. 31, он был похоронен между Цорою и Естаолом, в родовой гробнице. Самсон был судьей Израиля 20 лет (Суд 15. 20; 16. 31). Видимо, эти хронологические примечания - попытка вписать нестандартный для судьи образ Самсона в стандартную схему. Широко распространены теории о возможной мифологической природе повествований о Самсоне. Образ самого Самсона нередко связывают с архитепическим образом богатыря и сравнивают его с Гераклом и Гильгамешем. Дж. Коллинз (Collins. 2014. P. 220-223) называет историю Самсона популярной народной сказкой о легендарном силаче.

«Приложение»: переселение колена Данова на Север (Суд 17-18) и война с вениаминянами (Суд 19-21)

Главы 17-21 представляют собой приложение, состоящее из 2 дополнительных историй, в к-рых уже не фигурируют судьи. Эти истории, достаточно разные по сюжету, объединены, однако, неск. общими чертами: в обеих фигурируют левиты, проживающие в горах Ефрема, в обеих историях они странствуют или участвуют в переселении, в обеих историях представители др. колен Израиля осуществляют какое-то насилие по отношению к их семье или святилищу.

Характерная черта этих глав - в слегка измененном виде повторяющаяся формула: «В те дни не было царя у Израиля...» (Суд 17. 6; 18. 1; 19. 1; 21. 25), к-рая задает повествованию промонархический тон (резко контрастирующий с антимонархическим тоном притчи Иоафама (Суд 9. 7-15)). Видимо, эта формула принадлежит редактору, к-рый т. о. подготавливает читателя девтерономической истории к следующей эпохе в истории Израиля - эпохе монархии.

Глава 17 повествует о человеке по имени Миха, жившем в горах Ефрема. Миха нанимает жрецом в свое домашнее святилище юношу из Вифлеема, левита. Из гл. 18 мы узнаем, что в тот период народ из колена Дана, которому в отличие от проч. племен не досталось надела, искал, где поселиться. Проходя через дом Михи, даниты забрали из его святилища священные предметы, среди к-рых был серебряный истукан, и переманили к себе левита. После этого даниты захватили Лахиш и поселились в нем, переименовав город в Дан. Серебряный истукан Михи стоял в Дане «все то время, что храм Бога был в Шило» (Суд 18. 31).

В главах 19-21 рассказывается о межплеменной войне между коленом Вениамина и остальными коленами Израиля. Повествование начинается с рассказа о некоем левите с гор Ефрема и его наложнице из Вифлеема Иудейского. Наложница поссорилась с левитом и вернулась в дом отца; через нек-рое время левит отправился за ней в Вифлеем. Уже на обратном пути левит с наложницей решили остановиться на ночлег в Гиве, в земле Вениаминовой. Единственным человеком во всем городе, к-рый пригласил их к себе в дом, оказался старик, земляк левита. Когда жители Гивы узнали о путниках, они обступили дом, начали ломиться в дверь и требовать от хозяина вывести левита к ним: «...выведи человека, вошедшего в дом твой, мы познаем его» (Суд 19. 22). Старик вышел к толпе, окружившей дом, и стал уговаривать людей не трогать его гостя: «...вот у меня дочь девица, и у него наложница, выведу я их, смирите их и делайте с ними, что вам угодно; а с человеком сим не делайте этого безумия» (Суд 19. 24). Близкая параллель к этому рассказу - Быт 19. 1-9, широко известный нарратив о гостях Лота и жителях Содома. Не только сюжет, структура и общая тема (нарушение законов гостеприимства), но и лексика и фразеология рассказов из Быт 19 и Суд 19 очень близки; они будто написаны по одному шаблону. Большинство исследователей согласны в том, что нарратив из кн. Бытие первичен, а история из Суд 19 была написана по его модели (подробнее о сравнении 2 нарративов см.: Brettler. 2002. P. 85-89; Klein. 1989. P. 165-174). Две истории, однако, оканчиваются по-разному: гости Лота, божественные посланники, ослепляют толпу, спасают Лота, а затем уничтожают весь город; левиту же пришлось отдать горожанам свою наложницу. Те «ругались над нею всю ночь до утра» и лишь на заре отпустили. Наутро левит нашел ее на пороге дома мертвой. Он взял тело наложницы и отправился домой; дома разрубил его на 12 частей и разослал во все пределы Израиля, дабы вызвать у израильтян праведный гнев.

Племена Израиля собрались в Мицпе и решили идти войной на Гиву, чтобы отомстить жителям города за их злодеяние. Они отправили к вениамитянам послов с требованием выдать им жителей Гивы, виновных в изнасиловании и смерти наложницы. Вместо этого вениамитяне собрали войска в Гиве, чтобы воевать с израильтянами. Перед битвой израильтяне молились Богу, прося указать им того, кто поведет войско; Бог указал на Иуду (ср.: Суд 1. 2). Война длилась 3 дня; первые 2 дня израильтяне терпели поражение, однако на третий им удалось одержать верх: они разбили войско Вениамина, перебили жителей Гивы и уничтожили все селения племени Вениамина. В живых остались 600 из 26 тыс. воинов Вениамина; они бежали в пустыню, приблизившись к скале Риммон.

После победы израильтяне вновь собрались в Мицпе и поклялись не отдавать своих дочерей в жены вениамитянам. Межплеменная война и гибель большей части колена Вениаминова стали трагедией для израильтян: «Господи, Боже Израилев! для чего случилось это в Израиле, что не стало теперь у Израиля одного колена?» (Суд 21. 3). Однако они решились на еще одну небольшую гражданскую войну - против жителей Иависа Галаадского, к-рые не участвовали в битве с Вениамином и не пришли на общее собрание в Мицпе. Израильтяне уничтожили всех горожан, кроме 400 девушек, к-рых предложили в качестве жен выжившим воинам-вениамитянам. С вениамитянами же был заключен мир, и им удалось вернуться домой. Однако галаадских жен не хватило на всех; израильские старейшины, озабоченные тем, чтобы «не исчезло колено от Израиля», направили вениамитян в Силом, где каждый год бывал праздник Господень и девушки водили хороводы: «...и смотрите, когда выйдут девицы Силомские плясать в хороводах, тогда выйдите из виноградников и схватите себе каждый жену из девиц Силомских и идите в землю Вениаминову» (Суд 21. 21). Взяв себе жен, вениамитяне вернулись в свои наделы и отстроили селения. Оканчивается Книга Судей повторением формулы: «В те дни не было царя у Израиля; каждый делал то, что ему казалось справедливым» (Суд 21. 25).

С. И. к. как исторический источник

На протяжении большей части XX в. ученые в основном воспринимали С. И. к. как несколько приукрашенный, но в целом достоверный рассказ о том, что происходило между периодом завоеваний и установлением монархии в Израиле; повествования С. И. к. активно использовались для реконструкции реальной истории древнего Израиля, постулировалось существование «эпохи судей» как исторического периода (напр.: Bright. 1981. P. 177-181). Даже Нот, хотя и считал, что связный исторический нарратив об эпохе судей был создан автором книги, все равно был склонен доверять историчности отдельных рассказов об отдельных «судьях».

Однако в последние десятилетия XX в. происходит переоценка С. И. к. как исторического источника. Уже Р. де Во скептически относился к достоверности мн. нарративов книги (Vaux. 1978. P. 751-763). Похожей т. зр. придерживались Дж. М. Миллер и Дж. Х. Хейз (Miller, Hayes. 1986. P. 87I, Н. П. Лемхе (Lemche. 1985. P. 383). Сегодня большинством историков признается, что С. И. к. едва ли может расцениваться как надежный исторический источник в связи со сложной текстологической и редакционной историей книги, поздней датировкой текста и неверифицируемостью описанных там событий. По мнению Коллинза, ценность С. И. к. состоит прежде всего в том, что она описывает тот общий исторический фон, на котором возникает монархия в Израиле (Collins. 2014. P. 2013).

Хронология С. И. к.

В рамках внутрибиблейской хронологии «эпоха судей» может быть датирована последними веками 2 тыс. до Р. Х. (напр., Дж. Брайт (Bright. 1981) датирует ее 1200-1050 гг. до Р. Х.). Однако с учетом вышесказанного восстановить подробную хронологию «периода судей» на основе библейского материала не представляется возможным; даже если принять историчность персонажей и событий, описанных в книге, нельзя быть уверенным в том, что один судья не был современником другого: так, Девора и Варак вполне могли быть современниками Самсона. Точно так же все малые судьи вполне могли быть современниками, исполняющими свои обязанности в разных регионах.

Впрочем, выражение «эпоха судей» укоренилось в научной традиции и подчас используется (как синоним выражения «ранний железный век») даже авторами, к-рые не стали бы настаивать на буквальной историчности библейского нарратива.

Судьи в других книгах Библии

Действие Книги Руфи разворачивается в «эпоху судей»: она начинается словами «в те дни, когда управляли судьи» (Руфь 1. 1). Должность судей упоминается также в начале 1-й Книги Царств: судьями были свящ. Илий (1 Цар 4. 18) и прор. Самуил (1 Цар 7. 15); когда Самуил состарился, он поставил судьями над Израилем 2 своих сыновей, Иоиля и Авию. Однако они «уклонились в корысть и брали подарки, и судили превратно» (1 Цар 8. 3). Это вызывало недовольство народа, и старейшины потребовали у Самуила поставить над ними царя. Так в Израиле установилась монархия и был помазан первый царь - Саул. «Эпоха судей» подошла к концу.

Судьи и остальные персонажи С. И. к. редко упоминаются в др. библейских книгах.

В 1 Цар 12. 11 (в речи Самуила) встречаются имена Иероваала (Гедеона), Варака и Иеффая; в 2 Цар 11. 21 говорится о гибели Авимелеха. В генеалогических списках 1 Пар кратко упоминается Гофониил, сын Кеназа (4. 13). Упоминания о селениях Иаира (ср.: Суд 10. 4) содержатся в Числ 32. 41; Втор 3. 14; Нав 13. 30; 3 Цар 4. 13; 1 Пар 2. 22-23. Антигерои С. И. к. фигурируют в 1 Цар 12. 9 (Сисара), Пс 82. 10 (Сисара и Иавин), Пс 82. 12 (Орив и Зив, мадиамские вожди, и Зевей и Салман, мадиамские цари, против к-рых воевал Гедеон). Сир 46. 13 благословляет память судей, «которых сердце не заблуждалось и которые не отвращались от Господа». В Евр 11. 32 Гедеон, Варак, Самсон и Иеффай упоминаются среди ветхозаветных персонажей, показавших пример подлинной веры.

Лит.: Lagarde P. A., de. Septuaginta-Studien. Gött., 1891-1892. 2 Tl.; Pretzl O. Septuaginta Probleme im Buch der Richter // Biblica. R., 1926. Vol. 7. N 3. P. 233-269; N 4. P. 353-383; Soisalon-Soininen I. Die Textformen der Septuaginta-Übersetzung des Richterbuches. Helsinki, 1951; Schreiner J. Septuaginta-Massora des Buches der Richter. R., 1957; Kahle P. E. The Cairo Geniza. Oxf., 19592; Noth M. The History of Israel. N. Y., 19602; idem. The Deuteronomistic History. Sheffield, 1991; Barthelemy D. Les Devanciers d'Aquila. Leiden, 1963; Richter W. Traditionsgeschichtliche Untersuchungen zum Richterbuch. Bonn, 1963; idem. Die Bearbeitungen des «Retterbuches» in der deuteronomischen Epoche. Bonn, 1964; Smend R. Das Gesetz und die Völker: Ein Beitrag zur deuteronomistischen Redaktionsgeschichte // Probleme biblischer Theologie: G. v. Rad zum 70. Geburtstag / Hrsg. H. W. Wolff. Münch., 1971. S. 494-509; Dietrich W. Prophetie und Geschichte: Eine redaktionsgeschichteliche Untersuchtung zum deuteronomistischen Geschichtswerk. Gött., 1972; Cross F. M. The Themes of the Book of Kings and the Structure of the Deuteronomistic History // Idem. Canaanite Myth and Hebrew Epic: Essays in the History of the Religion of Israel. Camb., 1973. P. 274-289; Wellhausen J. Prolegomena to the History of Ancient Israel. Gloucester (Mass.), 1973; Veijola T. Das Königtum in der Beurteilung der deuteronomistischen Historiographie: Ein redaktionsgeschichtliche Untersuchung. Helsinki, 1977; Vaux R., de. The Early History of Israel. Phil., 1978; Bright J. A History of Israel. Phil., 19813; Nelson R. D. The Double Redaction of the Deuteronomistic History. Sheffield, 1981; Soggin J. A. Judges. Phil., 1981; Lemche N. P. Early Israel: Anthropological and Historical Studies on the Israelite Society before the Monarchy. Leiden, 1985; Miller J. M., Hayes J. H. A History of Ancient Israel and Judah. Phil., 1986; Klein L. R. The Triumph of the Irony in the Book of Judges. Sheffield, 1989; Trebolle Barrera J. Textual Variants in 4QJudga and the Textual and Editorial History of the Book of Judges // RevQ. 1989. Vol. 14. N 2. P. 229-245; Boling R. G. Judges, Book of // ABD. 1992. Vol. 3. P. 1107-1117; O'Connell R. H. The Rhetoric of the Book of Judges. Leiden, 1996; Hess R. The Dead Sea Scrolls and Higher Criticism of the Hebrew Bible: The Case of 4QJudga // The Scrolls and the Scriptures: Qumran Fifty Years After / Ed. S. E. Porter, C. A. Evans. Sheffield, 1997. P. 122-128; Brettler Z. B. The Book of Judges. L.; N. Y., 2002; Fernández Marcos N. The Hebrew and Greek Texts of Judges // Earliest Text of the Hebrew Bible / Ed. A. Schenker. Atlanta, 2003. Р. 1-16; idem. Judges. Stuttg., 2011; Neihr H.   // TDOT. 2006. Vol. 15. P. 411-431; Wong G. T. K. Compositional Strategy of the Book of Judges. Leiden etc., 2006; Ulrich E. The Biblical Qumran Scrolls. Leiden etc., 2010. P. 254-258; Collins J. J. Introd. to the Hebrew Bible. Minneapolis. 20142; Lange A., Tov E., ed. Textual History of the Bible. Leiden etc., 2016. Vol. 1B.
А. А. Луппова

С. И. к. в раннехристианской экзегезе

На пристальное внимание раннехрист. авторов к С. И. к. повлияло перечисление 4 героев этой книги - судий Гедеона, Варака, Самсона и Иеффая в Послании к Евреям, где они прославляются вместе с др. праведниками и пророками ВЗ как свидетели веры (Евр 11. 32 сл.). Наиболее ранние обращения буквально-нравственного содержания к тексту этой книги носят двоякий характер. Поскольку С. И. к. содержит большое количество примеров повествований о преступлениях евр. народа, эти эпизоды широко использовались раннехрист. авторами в качестве примеров непослушания иудеев и опасности идолослужения (напр.: Суд 2. 12-16, 19-21 - Tertull. Adv. gnost. 3; Суд 2. 12 - Const. Ap. V 2. 12). В то же время отмечались положительные деяния и подвиги судей как святых праведников - напр., набожность и благочестие Гедеона, Маноя, Варака, Деворы и Самсона вспоминаются в благодарственном молитвенном обращении к Богу среди др. праведников ВЗ (Const. Ap. VII 2. 37). Но в целом, учитывая не всегда понятное для христ. этики буквальное толкование представленных в С. И. к. образцов поведения героев евр. народа, на первый план у экзегетов древней Церкви выходит символическая интерпретация происходивших с израильскими судьями событий. Так, напр., представленная в С. И. к. историческая ситуация, когда «каждый делал то, что ему казалось справедливым» (Суд 21. 25), напоминает разногласия и распри между членами Церкви, когда каждый начинает отступать от учения Господа Иисуса Христа (Basil. Magn. De jud. 2).

Первый пример систематической типологической интерпретации текста С. И. к. принадлежит Оригену - автору цикла проповедей, 9 из которых, охватывающие отдельные эпизоды Суд 2-7, сохранились в лат. переводе Руфина Аквилейского (CPG, N 1421; Orig. In Iudic.). Самое пространное по содержанию истолкование С. И. к. встречается у блж. Августина в его соч. «Вопросы на Семикнижие» (CPL, N 270), где в 55 вопросах, охватывающих Суд 1-15, он выделяет и пытается преодолеть различные трудности, возникающие при чтении текста книги преимущественно филологического содержания (Aug. Quaest. in Jud. // CCSL. Vol. 33. P. 335-377). Др. его сочинение, «Семь книг высказываний на Семикнижие» (CPL, N 269), содержит список сложных для интерпретации фраз и выражений, при этом сопоставляются неск. лат. рукописей (Aug. Locut. in Hept. VII // CCSL. Vol. 33. P. 459-465).

В V в. Феодорит, еп. Кирский, посвящает тексту С. И. к. 28 вопросов преимущественно буквально-исторического толкования в рамках своего труда «Вопросы на Восьмикнижие» (СPG, N 6200; см.: Theodoret. Quaest. in Iud.). Также в VII в. аллегорической интерпретации С. И. к., основанной на традиции, восходящей к Оригену, посвящает 9 глав свт. Исидор, еп. Севильский, в рамках своего пространного труда «Вопросы по Ветхому Завету» (CPL, N 1195; Isid. Hisp. Quaest. in Librum Judicum // PL. 83. Col. 379-392).

Во фрагментах сохранились отрывки из толкований Ипполита Римского (СPG, N 1880. 7), Феодора, еп. Мопсуестийского (СPG, 3831), Прокопия Газского (СPG, N 7430), Виктора, еп. Антиохийского (СPG, N 6529; см. также в ст. Катены, разд. «Восьмикнижие и Книги Царств»).

Истолкование отдельных эпизодов

I. Суд 1-2. Обращенное к отцу своего мужа прошение Ахсы об источниках воды (Суд 1. 15) служит назидательной аллегорией того, с какой глубокой скорбью нам следует испрашивать у Бога благодать слез, чтобы оплакивать прежние грехи. Просьба Ахсы о «верхних источниках» символизирует плач о нашем желании попасть в Царство Божие, а о «нижних» - рыдания из-за страха перед адом (Greg. Magn. Dial. III 34. 6).

Упоминание о том, что колено Ефремово не изгнало хананеев из своей среды (Суд 1. 29), символически указывает на то, что как бы мы ни возрастали на пути добродетелей, в нас всегда остается что-то «от мрака греховного» - мелкие пороки и несовершенства, которые смиренно научают нас, что своими силами, без Божией помощи, мы не в состоянии одолеть и малого (Greg. Magn. Moral. IV 24. 2; Ioan. Cassian. Collat. 13. 14).

Долина Бохим, истолкованная как «долина плача» (в Вульгате: vallis lacrimarum - Суд 2. 5) по причине покаянного плача народа, символизирует наш мир, где христианин совершает свое странствие на пути к спасению, сопровождаемое слезами раскаяния (Hieron. In Ps. 83. 94).

Служение сынов Израилевых Ваалу (Суд 2. 11) символически описывает христиан, к-рые, согрешая, становятся пленниками закона греховного (Рим 7. 23) и попадают в «руки грабителей» (Суд 2. 14), т. е. отделяются от Тела Христова и оказываются во власти сатанинских мучений (ср.: 1 Кор 5. 5 - Orig. In Iudic. 2. 3-5).

II. Суд 3. Судья Гофониил, избавивший народ от притеснений месопотамского царя Хусарсафема, символизирует архангела, спасающего верующих от нападений господствующего в воздухе князя враждебных сил (ср.: Еф 2. 2 - Orig. In Iudic. 3. 3).

В LXX и Вульгате судья Аод изображен как человек, одинаково владеющий обеими руками (ἀμφοτεροδέξιον - Суд 3. 15 по LXX). На этом основании прп. Иоанн Кассиан Римлянин полагал, что поскольку наш «внутренний человек» состоит из 2 сторон, то на примере Аода нам показана возможность обретения духовной силы, если при этом символизируемые левой рукой пороки и несовершенства окажутся под властью правой руки, т. е. добродетельной жизни (Ioan. Cassian. Collat. 6. 10). Согласно блж. Иерониму, эта особенность Аода прообразовательно указывает на евангельский признак праведного человека, к-рый готов подставить щеку ударившему (Мф 5. 39 - Hieron. Tract. in Ps. 90. 130). Сражение Аода с мадианитянами, чье наименование означает «течение», символизирует истребление мечом евангельского слова двуличия чувственной философии, для к-рой высшим благом является жизнь по страстям (Orig. In Iudic. 4. 1).

III. Суд 4-5. Избрание Деворы пророчицей показывает, что «у мужей и жен - одна природа, восходящая к наделеному разумом Адаму», и демонстрирует правоту слов ап. Павла, что во Христе «нет мужеского пола, ни женского» (Гал 3. 28 - Theodoret. Quaest. in Iud. 12). Блж. Августин замечает, что Св. Дух действовал в Деворе «как в своем посреднике, поскольку она была также пророчицей, хотя ее пророчество и было неясно» (Aug. De civ. Dei. 18. 15). В «Апостольских постановлениях» (IV в.) Девора упоминается в молитве из чина поставления диаконисс как предшественница этого типа служения в Церкви (Const. Ap. VIII 1. 2; 3. 20).

История Иаили. Миниатюра из Октатевха. 1070–1080 гг. (Vat. gr. 747. Fol. 240r)
История Иаили. Миниатюра из Октатевха. 1070–1080 гг. (Vat. gr. 747. Fol. 240r)

История Иаили. Миниатюра из Октатевха. 1070–1080 гг. (Vat. gr. 747. Fol. 240r)
По мнению свт. Амвросия Медиоланского, поскольку в образе жизни Деворы не было обнаружено никакого преступления, она выделяется из ряда остальных судей, к-рые «были отмечены немалыми грехами в отношении своего народа» (Ambros. Mediol. De viduis. 8. 45). При этом он делает акцент на ее личности как представительнице «слабого» пола, чтобы рассмотреть его в аспекте практической дисциплины, обращая особое внимание на служение вдов и вообще женщин в Церкви. Девора служит примером для женщин-христианок, ведь она, будучи «не ограничена слабостью своего пола, взяла на себя обязанности мужчины» и, руководствуясь «здравым смыслом», не только управляла мн. мужчинами в мирное время, но и защищала их от врагов в периоды войн. Ее образ наглядно демонстрирует, что «храбрым делает не пол, а добродетель» (Ibid. 43-44).

Вдохновленная пророчеством Деворы др. героиня С. И. к.- Иаиль - становится в раннехрист. экзегезе важным прообразом Церкви. По мнению Оригена, ее имя означает «восхождение» (от корня  ), показывая нам, что нет иного пути взойти на небо, как только через Церковь (ср.: Еф 3. 10). Иаиль убивает Сисару колом, служащим символическим отображением силы крестного древа. То, что она вонзает кол ханаанскому военачальнику в челюсть (у Оригена: maxilla; в Вульгате: cerebrum - «висок»: Суд 4. 21), свидетельствует о сокрушении философии, учащей о плотской славе и жизни в веселье и удовольствии (Orig. In Iudic. 5. 5).

Для свт. Амвросия Медиоланского Иаиль символизировала Церковь, составленную из язычников, которая одержала в лице Сисары триумфальную победу с помощью «добродетели веры» над силами вражьими (см.: Еф 6. 12), в то время как иудейский народ не смог довести сражение до победного конца из-за гордыни и духовных немощей. Перед решающим ударом Иаиль завлекает Сисару с помощью молока (Суд 4. 18-19), что символизирует победу разума: т. е. он побеждается тем, что верующим идет на пользу, но приносит врагу смерть. Так и Церковь побеждает своих врагов с помощью духовного оружия, прежде всего верой и молитвой (Ambros. Mediol. De viduis. 8. 47-49).

IV. Суд 6-8. Ангел Господень посетил Гедеона, когда тот «выколачивал пшеницу» (Суд 6. 11), что символизирует отделение зерна добродетелей от порока и показывает, что Божие благоволение обращено к тем, кто уделяют внимание очищению себя от внешнего, т. е. плотских мыслей (Greg. Magn. Moral. III 30. 18).

Жертва Гедеона. Явление ангела. Миниатюра из Октатевха. Ок. 1150 г. (Vat. gr. 746. pt. 2. Fol. 478r)
Жертва Гедеона. Явление ангела. Миниатюра из Октатевха. Ок. 1150 г. (Vat. gr. 746. pt. 2. Fol. 478r)

Жертва Гедеона. Явление ангела. Миниатюра из Октатевха. Ок. 1150 г. (Vat. gr. 746. pt. 2. Fol. 478r)
Истребление огнем c неба жертвы Гедеона на камне (Суд 6. 14-21), служащим прообразом Христа (ср.: 1 Кор. 10. 4), символизирует приобщение Телу и Крови Христовой и попаление божественным огнем греховных деяний и душевных страстей (ср.: Лк 12. 49 - Ambros. Mediol. De Spirit. Sanct. I 2-3). Огонь указывает на дар Св. Духа, Который Господь Иисус Христос обильно излил на Своих учеников (см.: Ин 7. 37-39; Лк 12. 49; Деян 2. 3 - Aug. Quaest. in Jud. 36).

Повеление Господа, запрещающее идти в сражение тем, кто «боязлив и робок» (Суд 7. 3), напоминает Оригену призыв Иисуса Христа: «Кто не берет креста своего и следует за Мною, тот не достоин Меня» (Мф 10. 38; также: Лк 14. 26, 33 - Orig. In Iudic. 9. 1). Израильские воины, к-рые пили воду, наклонив колени (Суд 7. 5), символизируют тех верующих, кто искажают правоту веры своим нерадивым поведением (ср.: Евр 12. 12 - Greg. Magn. Moral. XXX 25. 129). Те же, кто лакали воду, как псы (Суд 7. 5), символизируют верность и преданность, при этом показывая, что Господь часто избирает «незнатное мира и уничиженное» (1 Кор 1. 28 - Aug. In Ps. 67. 32 - Idem. Quaest. in Jud. 37). Триста избранных воинов ассоциируются с крестом (согласно числовому значению греч. буквы Τ -Aug. Quaest. in Jud. 37) - их отделение от остальных воинов напоминает то, как Господь с помощью 12 рыбаков и мытарей сокрушил полчище демонов и спас род человеческий (Theodoret. Quaest. in Iud. 16).

Гедеон, сопровождаемый воинами с трубами и горящими светильниками в кувшинах в сражении с мадианитянами (Суд 7. 16-20), символизирует Христа, Который вышел на битву с диаволом вместе с верующими, обретшими благодаря проповеди апостолов горение веры по благодати Св. Духа (Greg. Magn. Moral. XXX 25. 73; Ambros. Mediol. De Spirit. Sanct. I 14).

Руно Гедеоново. Роспись ц. Успения Пресв. Богородицы мон-ря Грачаница. Ок. 1320 г. Фото: BLAGO UFund USA/Serbia
Руно Гедеоново. Роспись ц. Успения Пресв. Богородицы мон-ря Грачаница. Ок. 1320 г. Фото: BLAGO UFund USA/Serbia

Руно Гедеоново. Роспись ц. Успения Пресв. Богородицы мон-ря Грачаница. Ок. 1320 г. Фото: BLAGO UFund USA/Serbia
Центральное место в христ. экзегезе занимает интерпретация «шерсти» (или руна - по LXX: πόκος) Гедеона (Суд 6. 37-40), основанная на сопоставлении этого образа с содержанием текста Пс 71. 6 по LXX: «Он сойдет, как дождь на руно (πόκος; лат.: vellus), и как капля, падающая на землю», к-рому приписывается мессианское значение (см., напр.: Ioann. Chrysost. In Psalm. 18. 2). Сщмч. Ириней, еп. Лионский, первым из раннехрист. авторов проводит различие между руном как символом народа Израиля и землей вокруг как символом остального мира в контексте рассказа о даровании Св. Духа (Iren. Adv. haer. III 17. 3). Ориген истолковывает значение руна двойственным образом: впервые появившаяся на руне роса символизирует Слово Божие и Божественный закон, данный народу Израилеву, когда вокруг никто из др. народов «не был орошен влагой Божественного учения». В следующий же раз, когда роса покрыла только землю вокруг, этот образ обнаруживает связь с первым пришествием Христа и распространением Евангелия благодаря апостольской проповеди по всему миру (Orig. In Iudic. 8. 4). С такой аллегорической интерпретацией согласны и мн. др. авторы (напр., Aug. Serm. 81. 9; Theodoret. Quaest. in Iud. 15). Свт. Амвросий Медиоланский делает добавление к этой интерпретации, заметив, что Гедеону открылось духовное таинство возрастания будущей Церкви, а народ иудейский, некогда орошенный росой Божественного Слова, после совершения преступлений «засох из-за жара своего вероломства» (Ambros. Mediol. De viduis. 3. 18-19).

V. Суд 9. Сщмч. Мефодий, еп. Патарский, рассматривает притчу Иоафама о беседе деревьев (Суд 9. 8-15) как аллегорическое сказание, повествующее о душах, к-рые, осквернив себя грехопадениями, обращались к Богу до воплощения Христа. Они обретают дарованные им посредством закона Божественные милость и сострадание, к-рые олицетворяет оливковое дерево. Смоковница символизирует закон, данный праотцам в раю, виноградная лоза - заповедь, данную прав. Ною. Но эти законы были несовершенны, искажены противником рода человеческого и не смогли спасти людей; так появляется образ терновника, который символизирует новый закон, «данный апостолами для спасения всей вселенной» и научивший хранить девственность - добродетель, которую диаволу не удалось осквернить созданием ложного образа (Method. Olymp. Conv. decem virg. 10. 2-6).

VI. Суд 10-12. Наиболее трудным для интерпретации среди раннехристианских экзегетов оказался эпизод, посвященный трагическим последствиям обета судьи Иеффая, приведшего к принесению в жертву его собственной дочери (Суд 11. 30-40). Большинство авторов осуждают этот поспешно принесенный обет как противящийся Божественной воле: лучше не давать обещаний, исполнение к-рых противоречит долгу и др. нравственным законам (Ambros. Mediol. De offic. I 255).

Ориген полагал, что только на первый, поверхностный взгляд при знакомстве с этим эпизодом можно приписать Богу проявление жестокости, когда ради спасения людей Он попускает такие страшные жертвы. Пытаясь показать несостоятельность этого представления, он сопоставляет решимость дочери претерпеть мучения с рвением, о котором известно из жизнеописаний христианских мучеников, когда в результате восходящих к подвигу Христа страданий святых злодеи лишаются своей силы (Orig. In. Ioan. comm. VI 54-55).

По мнению блж. Иеронима, Бог не вмешался в происходящее, поскольку предвидел, что т. о. Иеффай осознает после случившейся трагедии неправоту своего опрометчивого обета (Hieron. Adv. Iovin. I 2). Свт. Иоанн Златоуст полагал, что поступок Иеффая является результатом проявления слабости человека перед ухищрениями диавола (Ioan. Chrysost. In Rom. 10. 6), что Бог попустил это беззаконное деяние, чтобы совершённый поступок стал уроком, благодаря к-рому прекратятся человеческие жертвоприношения (Idem. Ad popul. Antioch. 14. 3; см. также: Ephraem Syr. In Diatess. 10. 3; Theodoret. Quaest. in Iud. 20). Свт. Амвросий, не одобряя поступок Иеффая, тем не менее рассматривает его как пример ревностного исполнения поспешно данного обета, научающего нас не прибегать к такого рода обещаниям перед Богом (Ambros. Mediol. De virginit. 2. 5-3. 10; Idem. De offic. III 78).

Блж. Августин подробно рассматривает все обстоятельства этого события, полагая, что жертву Иеффая нельзя сопоставлять с жертвоприношением Авраама, который пытался принести своего сына не самовольно и спонтанно, а согласно повелению Бога, поскольку Он наглядно показал, что не благоволит человеческим жертвоприношениям (Быт 22. 2-13). Блж. Августин также обращает внимание на тот факт, что Богу неугодны были даже приношения животных, но они совершались в знак того, что были тенью будущих благ. Господь благоволит, когда праведник сознательно готов идти на смерть за правду, прежде всего потому, что Он Сам принес Себя в жертву за нас и пролил Свою Кровь. Тем не менее наличие имени Иеффая в списках праведных (Евр 11. 32; ср.: Суд 11. 29) говорит о том, что Бог действует и через тех людей, кто совершает ошибки, и придает даже неправильным поступкам назидательное пророческое значение. Именно поэтому блж. Августин стремится в обстоятельствах жизни Иеффая увидеть прообраз событий земной жизни Иисуса Христа, а в образе его дочери - описание Церкви, чей путь как девственной невесты Христовой сопровождается в этом мире страданиями и плачем (Aug. Locut. in Hept. 49). Дочь Иеффая, «не познавшая мужа», подобно принесенной в жертву агнице представляет образ плоти Христовой (Method. Olymp. Conv. decem virg. 11. 2), принесенной в жертву ради спасения Израиля (Isid. Hisp. Quaest. in Librum Judicum. 7 // PL. 83. Col. 388-389).

Прп. Ефрем Сирин усматривает в дочери Иеффая прообраз христианских девственниц. Подобно тому, как ее девственность была сохранена через пролитие крови, так и Христос проливает Свою Кровь ради спасения христ. подвижниц (Ephraem Syr. De virginitate. 2. 10-11). Блж. Иероним отстаивает иной взгляд, утверждая, что дочь Иеффая не может служить образцом христ. девственности, поскольку «мы превозносим только тех, кто сохраняют свою девственность ради Христа» (Hieron. Adv. Iovin. I 23).

VII. Суд 13-16. Наиболее ярким христологическим прообразом для христ. авторов служит фигура Самсона, при этом, как и на примере др. героев этой книги, его недостатки вовсе не мешают применению подобной типологии. То, что Самсон, часто поступая развратно и беззаконно, был наделен духовной благодатью,- показывает, что Господь ради домостроительства сообщает Свой дар и недостойным его, как сказано в Евангелии (см.: Мф 7. 22-23 - Theodoret. Quaest. in Iud. 21). Чтобы эти параллели не смущали верующих, блж. Августин замечает, что как Самсон совершил множество деяний, будучи богатырем, и претерпел огромное число страданий как слабый человек, так и во Христе сочетались и всесилие Сына Божия, и слабость Сына Человеческого. Кроме того, Церковь как тело Христово включает в себя и сильных, и слабых членов: Самсон совершил множество удивительных подвигов, символизируя Христа как Главу Церкви, но и много безрассудных деяний, прообразуя тем самым слабых верующих внутри церковного собрания (Aug. Serm. 364. 3).

Ослиная челюсть, с помощью которой Самсон разбил войско противника, становится олицетворением язычников (ср.: Ис 1. 3), которые, будучи прежде рассредоточены, через восстановление во Христе обретают силы против сражения с диаволом (Caes. Arel. Serm. 119. 4). Источник воды, обнаруженный в месте падения ослиной челюсти (Суд 15. 19), прообразовательно указывает на чудо, когда из глубин языческого мира посредством Таинства Крещения явился новый мир во Христе (Ambros. Mediol. De Spirit. Sanct. II 12), напоминая обетование Спасителя: «Кто верует в Меня, у того... из чрева потекут реки воды живой» (Ин 7. 38 - Caes. Arel. Serm. 119. 4).

Загадки Самсона на пире. Миниатюра из Октатевха. Ок. 1150 г. (Vat. gr. 746. pt. 2. Fol. 491r)
Загадки Самсона на пире. Миниатюра из Октатевха. Ок. 1150 г. (Vat. gr. 746. pt. 2. Fol. 491r)

Загадки Самсона на пире. Миниатюра из Октатевха. Ок. 1150 г. (Vat. gr. 746. pt. 2. Fol. 491r)
Духовный смысл загадки Самсона - «из ядущего вышло ядомое, и из сильного вышло сладкое» (Суд 14. 14) - состоит в том, что «Христос принес сладость жизни из горести человеческого существования» (Ephraem Syr. De Nativitate. 13. 4). Свт. Амвросий видит в этой загадке, с одной стороны, указание на некогда диких язычников, к-рые, уверовав и став членами Церкви, обрели в себе мед веры, с другой - на иудеев, после отпадения к-рых мед внутри них символизирует остаток, которому суждено спастись (Рим 9. 27) (Ambros. Mediol. De Spirit. Sanct. II 6-9). Лев - прообраз Христа, после смерти Которого из уст Его вылетают пчелы, т. е. христиане, обретшие мед Слова Божия (Aug. Serm. 364. 3; Caes. Arel. Serm. 119. 1).

Лисы, чьи хвосты были связаны и подожжены Самсоном (Суд 15. 4 сл.), символизируют хитрых лжеучителей и еретиков. Самсон, как подлинный учитель правды, «связывает» их словом истины и опровергает ложные учения, направляя их друг против друга (т. е. «хвост к хвосту»). Используя на основании их мнений силлогизмы и представления, он приходит к таким умозаключениям, к-рые «разжигают огонь» в их среде, заставляя поджигать плоды собственных размышлений своими же аргументами (Orig. In Cant. comm. III 15). Лица еретиков могут быть обманчиво благостными, внутри же у них пылает огонь, попаляющий тех, кто предрасположены к их обольщению. Но в итоге как лисы будут истреблены огнем, так и суд Божий настигнет упорствующих в своих заблуждениях еретиков (Aug. Serm. 364. 4).

Левит перевозит мертвую наложницу. Миниатюра из Октатевха. 1070–1080 гг. (Vat. gr. 747. Fol. 253)
Левит перевозит мертвую наложницу. Миниатюра из Октатевха. 1070–1080 гг. (Vat. gr. 747. Fol. 253)

Левит перевозит мертвую наложницу. Миниатюра из Октатевха. 1070–1080 гг. (Vat. gr. 747. Fol. 253)
Образ блудницы Далиды, погубившей Самсона, наиболее часто истолковывается в буквально-нравственном ключе в качестве вероломной соблазнительницы, пораженной при этом грехом алчности (Сyr. Alex. De s. Trin. VII 641; Ambros. Mediol. De offic. II 26). В приписываемых сщмч. Клименту Римскому посланиях приводится история Самсона с целью показать важность хранения целомудрия, поскольку даже такой храбрый муж, имевший дар Св. Духа, может быть погублен «дешевым телом и злой похотью» (Ps.-Clem. Ad virg. II 9). Будучи неукротимым и непобедимым воином, он оказался порабощен блудницей и, став пленником сластолюбия, утратил божественную благодать - тем самым нам показывается, что борьба с похотью труднее подвига в воинских рядах (Theodoret. Quaest. in Iud. 22). Своей смертью С. победил смерть и отнесся к ней с презрением, так что даже в последний момент оказался неуязвим для врагов, принеся им гибель. Однако как человек, переполненный чувствами, уступил соблазну греха. Этот пример показывает, что не стоит христианину сближаться с женщинами чужой веры, если он не в состоянии противостоять их влиянию (Ambros. Mediol. Ep. 62. 31-33). Падение Самсона было предрешено тем, что свои победы он приписывал себе, а не благодарил за них Бога (Суд 15. 17 - Ambros. Mediol. Ep. 9. 62). В то же время в корпусе раннехрист. лит-ры широко представлена аллегорическо-типологическая интерпретация возлюбленной Самсона. Так, напр., блж. Иероним объяснял имя Далиды как paupercula («жалкая маленькая женщина» - Hieron. De nom. hebr. 48). Она символизирует собой аспект чувственной женской плоти, предавший мужской рациональный дух (Isid. Hisp. Quaest. in Librum Judicum. 8 // PL. 83. Col. 389-390). Если Самсон служит образом Христа, то Далида - образом Церкви, в своей слабости прилепившейся к своему Спасителю (Hieron. In Eph. 1. 1). Раньше она прелюбодействовала с идолами, но после обретения веры оставила их, когда Самсон открыл ей сокровенные тайны спасения (Aug. Serm. 364. 3). Безусловно, посещение Самсоном блудницы - поступок неправедный, но если он был пророком, то и это событие становится священным символом. После визита к Далиде Самсон ночью относит городские ворота Газы на вершину горы (Суд 16. 3). Если дом блудницы символизирует ад (см.: Притч 9. 11-18), не отпускающий того, кто вошел в него, то Самсон в этом случае символизирует Христа, Который воскресает втайне, никому не видимым способом, уничтожает врата ада и открывает человеку доступ к небесам (Aug. Serm. 364. 6). Филистимляне символизируют вероломство иудеев, которые выставили стражу перед гробом со Христом (Greg. Magn. In Evang. 2. 21).

Смерть Самсона носила особый характер, она не может служить оправданием суицида, поскольку произошла по благословению свыше (Aug. De civ. Dei. I 21). Погибая, Самсон разрушает силу нечестивых филистимлян, раздвинув руками 2 опорных столба (Суд 16. 29); тем самым он служит прообразом Христа, Который распростер руки на перекладине креста (Aug. Serm. 364. 6). Ослепший Самсон символизирует иудеев, ослепленных неверием и не признающих Христа (Ibid. 364. 6). Самсон, обретший перед гибелью в отросших волосах силу и уничтоживший врагов (Суд 16. 28-30), символизирует грешника, уничтожившего свои пороки раскаянием (Caes. Arel. Serm. 119. 5). То, что сила Самсона таилась в его волосах, означает ее сверхприродное происхождение, связанное с действием Св. Духа (ср.: Суд 13. 25 - Aug. Serm. 364. 2); он лишился этой силы, когда благодать покинула его (Ambros. Mediol. De Spirit. Sanct. II 13-15).

VIII. Суд 17-21. Ужасное событие, происшедшее в Гиве - зверское убийство наложницы левита (Суд 19. 25 сл.) - можно символически сопоставить с тем, каким образом совершается поругание Церкви со стороны еретиков (Athanas. Alex. Ep. enc. 1. 1-9). Позорные обстоятельства происшедшей трагедии рассматривались христианскими экзегетами в качестве назидательной истории, каким образом разнузданность может привести к войне, в основе причин которой лежит живущий в народе протест против насилия над целомудрием (Ambros. Mediol. De offic. III 19). При этом отмечается, что справедливое наказание представителей колена Вениаминова переросло в гражданскую войну против братьев «собственной плоти и крови», что закончилось плачем и страданием от происшедшего ужаса, когда чувства уступили место разуму (Idem. Ep. 57. 13-14).

Лит.: Gunn D. M. Judges. Oxf., 2005. P. 17-272; Библейские коммент. отцов Церкви и др. авторов I-VIII вв.: Тверь, 2009. Т. 4: ВЗ. Ист. книги. Ч. 1: Книги Иисуса Навина, Судей, Руфи, 1-я и 2-я Книги Царств / Ред.: Дж. Р. Фрэнки. С. 125-214; Bauks M. Jephtas Tochter: Traditions-, religions- u. rezeptionsgeschichtliche Studien zu Richter 11, 29-40. Tüb., 2010.
А. Е. Петров
Ключевые слова:
Ветхий Завет. Книги исторические Судей Израилевых книга, 7-я книга Ветхого Завета
См.также:
ЕЗДРЫ ПЕРВАЯ КНИГА [Ездры книга], библейская книга
ЕСФИРИ КНИГА название канонической книги ВЗ, входящей в раздел исторических книг (в евр. традиции - в разд. «Писания»)
ИИСУСА НАВИНА КНИГА 6-я книга Свящ. Писания, следующая за Пятикнижием Моисеевым и повествующая о завоевании и разделе Св. земли (Ханаана) израильтянами под предводительством Иисуса Навина
ИОАВ израильский военачальник, сын сестры царя Давида Саруи