Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла
Как приобрести тома "Православной энциклопедии"
опубликовано: 4 февраля 2026г. 
СИЛЬВЕСТР
Голгофский крест с образами апостолов, пророков и свт. Сильвестра Римского. Разворот из Христианской топографии Космы Индикоплова. 1-я пол. XVI в. Вклад Сильвестра и его сына Анфима в Соловецкий мон-рь (РНБ. F.IV.683. Л. 1 об.— 2)
По принятому среди исследователей мнению, С. прибыл в Москву из Новгорода в 1542 г. вместе с нареченным на митрополичий престол свт. Макарием и по протекции последнего получил важный пост священника в царской домовой Благовещенской ц. Первым известием о пребывании С. в столице является запись 1546 г. на рукописи Октоиха о вкладе книги в Александров Свирский в честь Святой Троицы мужской монастырь: «Лета 7054 дал в дом Святей Живоначальней Троицы во Александрову пустыню святую книгу сию благовещенской поп Селивестр и сын его Анфим в вечной поминок по себе и своих родителех» (РГБ. Тихонр. № 629. Л. 2 об., 1-я пол. XVI в.). После разрушительного пожара в Московском Кремле в 1547 г. С. было поручено руководство работами по росписи кремлевских соборов и написанию для них икон. С. собирал мастеров (преимущественно из Новгорода и Пскова) и указывал, какие сюжеты следует изображать. Он также руководил росписями царской Золотой палаты.
Кн. А. М. Курбский называл С. участником Избранной рады - неофиц. правительства при молодом царе Иоанне IV Васильевиче, существовавшего с кон. 40-х гг. XVI в. до весны 1560 г. О гос. деятельности С. есть лишь общие высказывания царя и кн. Курбского (с противоположными оценками); известно также Послание С. казанскому наместнику кн. А. Б. Горбатому с советами, как управлять Казанским краем (о Послании см. ниже), созданное по просьбе последнего. Иоанн Грозный в 1-м послании кн. Курбскому писал о том, что «совета ради духовного спасения приях» С. «и ему совета ради духовнаго повинухся волею» (Послания Ивана Грозного. 1951. С. 37). С. и костромской сын боярский А. Ф. Адашев оказывали большое влияние на Иоанна IV в первые годы царствования, в частности внушив ему мысль о неизбежности преобразований в гос-ве. В Пискарёвском летописце (нач. XVII в.) сообщается: «Да в ту же пору был поп Селивестр и правил Рускую землю с ним (Адашевым.- О. Ч.) заодин, и сидели вместе в ызбе у Благовещения» (ПСРЛ. Т. 34. С. 181-182). Кн. Курбский чрезвычайно высоко оценивал влияние С. и Адашева на гос. дела в России, говоря, что все «полезное земле» творят 2 этих человека. По мнению Б. Н. Флори, сближению С. с молодым царем способствовал Адашев, а не митр. Макарий. Высказывалось предположение, что С. был духовником Иоанна Грозного в 40-50-х гг. XVI в., но прямых указаний на это нет, хотя 3 известных в 40-50-х гг. XVI в. царских духовника были благовещенскими протопопами (Феодор Бармин, Иаков Дмитриевич, Андрей (см. Афанасий, митр. Московский)), так что не исключено, что С. также исполнял такие обязанности.
Представление о том, каким было влияние С. на молодого царя, дает Послание Иоанну Грозному (не надписано) кон. 40-х гг. XVI в., автором к-рого считается С. Послание направлено против «содомского греха» в окружении царя. Однако этот грех выступает как один из мн. пороков рус. общества. Развращение рус. людей стало причиной Божьего гнева, поразившего страну через распри вельмож, народные восстания, пожары. Рассказ о бедствиях, постигших Русскую землю, в Послании завершается обращенными к царю словами: «Вся сия законопреступлениа хощет Бог тобою исправити». С. возлагал ответственность за все происходящее в стране на монарха перед призвавшим его к власти Богом. По мнению автора Послания, «правда» (праведный суд) и «кротость» (милость) - это те средства, с помощью к-рых правитель должен установить порядок в своем гос-ве и исцелить нравственно разложившееся общество (более подробно мысли об управлении, основанном на «правде» и «милости», изложены в Послании С. кн. Горбатому).
Первым шагом на пути реформ, обусловленных влиянием на царя С. и Адашева, стал созыв в февр. 1549 г. т. н. Собора примирения, на к-ром Иоанн IV обратился с речью, адресованной как правителям, так и населению, с призывом воздерживаться от насилия, обещал скорый и справедливый суд. В речи на заседаниях Стоглавого Собора 1551 г. царь изложил от своего имени предложенное С. объяснение причин бедствий, постигших страну. Говоря на Соборе о распрях вельмож в годы своего детства, царь добавил к ним покаянные слова: «Навыкох их злокозненыи обычаи и таяжде мудрствовах, якоже и они». Очевидно, под влиянием С. царь согласился с решениями Стоглавого Собора, обеспечившими определенную автономию духовного сословия от светской власти и развитие в духовном сословии институтов самоуправления. По-видимому, под влиянием С. к нач. 50-х гг. XVI в. резко изменился образ жизни молодого царя, как отмечено в летописи: Иоанн «потехи же царьскые, ловы и иные учрежения, еже подобает обычаем царским, все оставиша», посвящал свое время молитве и решению гос. дел. Есть основание считать, что в результате бесед с С., образованным книжником, обладавшим большой б-кой, юный монарх приобщился к чтению и книжным занятиям.
С. связывали дружеские узы с прп. Максимом Греком. Не исключено, что по просьбе С. прп. Максим в 1548 г. написал и отправил митр. Макарию для передачи царю свои наставления - «Главы поучительны начальствующим правоверно», а затем еще одно послание. Многое в высказываниях греч. книжника находит прямую аналогию с тем, чему учил молодого царя С. Прп. Максим послал С. письмо с просьбой ходатайствовать перед царем за детей покойного Никиты Борисовича (видимо, Н. Б. Туренина), обращаясь к адресату - «во искусстве и разуме боговдохновенных писаний изящному разсудителю господину Селивестру и благодетелю моему» (Максим Грек, прп. Соч. Каз., 1860. Ч. 2. С. 379-381). С. высоко ценил труды прп. Максима Грека, имел в своей б-ке переписанный прп. Максимом греч. Апостол (Фонкич Б. Л. Новый автограф Максима Грека // Bsl. 1969. T. 30. N 1. P. 77-82; Он же. Русский автограф Максима Грека // История СССР. М., 1971. № 3. С. 153-158).
Не вполне ясна роль С. в династическом кризисе, возникшем во время тяжелой болезни Иоанна IV в 1553 г., когда ряд гос. деятелей склонялись к мысли о признании наследником не царевича-младенца Дмитрия, а двоюродного брата царя - кн. Владимира Андреевича Старицкого. В рукописи Царственной книги (ГИМ. Син. № 149) в 60-х гг. XVI в., во время опалы С., была сделана запись, при 1-м издании (СПб., 1769) внесенная в текст летописи, о контактах С. с князьями Старицкими и о поддержке С. кандидатуры кн. Владимира Андреевича как наследника Иоанна IV. В наст. время версия о поддержке С. князей Старицких (в частности, об освобождении в 1540 г. кн. Владимира Андреевича и его матери «промыслом» С.) и об оппозиции священника царю в 40-50-х гг. XVI в. считается недостоверной, опирающейся на безосновательные обвинения против С. времен опричнины.
В окт. 1553 г. в Москве состоялся Собор о ереси М. С. Башкина. На Соборе выступил глава Посольского приказа дьяк И. М. Висковатый с критикой в адрес митр. Макария и его сподвижников в связи с новыми иконами и фресками в кремлевской Благовещенской ц. и росписями Золотой палаты царского дворца. Свои сомнения Висковатый изложил в записке, поданной свт. Макарию. Глава Посольского приказа обвинил в т. ч. С. (являвшегося одним из руководителей восстановительных работ в Кремле) в единомыслии с Башкиным, со старцем Артемием, также осужденным на Соборе в 1553 г., и др. «сомнительными» лицами. Защищаясь от нападок, С. написал «Жалобницу» на Висковатого, включенную в текст соборного приговора (в его составе неск. раз издавалась). С. утверждал, что именно он доложил о «развратных толкованиях» Башкина благовещенскому протопопу Андрею. С. подчеркнул, что в качестве руководителя живописных работ действовал с одобрения митрополита и царя, при этом священник показал отличное знание росписей храмов и мон-рей во мн. городах, умение разъяснить изобразительные сюжеты. На Соборе в янв. 1554 г. свт. Макарий отверг большую часть критических замечаний Висковатого, при поддержке митрополита С. и еще один обвиняемый, благовещенский свящ. Симеон, смогли доказать свою непричастность к ересям, на Висковатого была наложена 3-летняя епитимия (не за сомнения в отношении икон, но за широкое разглашение своих мыслей, вызвавших смущение среди православных).
Высказывались предположения об участии С. в организации книгопечатания в Москве (Орлов А. С. К вопросу о начале книгопечатания в России // Иван Федоров первопечатник. М.; Л., 1935. С. 16; Немировский Е. Л. Возникновение книгопечатания в Москве: Иван Федоров. М., 1964. С. 29-35, 263-269), однако никаких данных об этом нет.
Источники дают возможность составить представление о семье С. Священник и его сын Анфим вели обширную торговлю, С. с гордостью писал, что в торговых делах ему верили «и зде и иноземцы». С. и Анфим имели тесные контакты с бургомистром Нарвы И. Крумхаузеном, для к-рого С. до начала Ливонской войны выхлопотал торговые привилегии в России. В мае 1558 г. Крумхаузен, ссылаясь на сведения, полученные от Анфима, информировал городской совет Ревеля (ныне Таллин, Эстония) о невозможности сохранить мирные отношения России с Ливонией. Анфим состоял на гос. службе. В 1550 г. он стал «большим дьяком» в казначействе (Разрядная книга 1475-1598 гг. / Подгот. текста, ввод. ст. и ред.: В. И. Буганов. М., 1966. С. 152). Ко времени написания «Послания и наказания...» Анфим служил «царской казне у таможенных дел».
По мнению Флори, к кон. 50-х гг. XVI в. итоги реформ, начатых под влиянием С. и Адашева, вызывали у царя все большее неудовлетворение, инициаторы преобразований впали в немилость. Есть основание считать, что удалению С. и Адашева от участия в гос. делах способствовала царица Анастасия Романовна, которая защищала интересы своих родственников Захарьиных-Юрьевых, по всей видимости находившихся в конфликте с С. и Адашевым. По словам кн. Курбского («История о великом князе Московском»), после смерти царицы († 28 июля 1560) ее братья и «презлые ласкатели» стали внушать царю, что она погублена «чародейством», исходившим от С. и Адашева. Для рассмотрения обвинений царь собрал совместное заседание Боярской думы и Освященного собора. С. и Адашев прислали письма, в к-рых просили вызвать их в Москву, чтобы они лично могли ответить на обвинения; митр. Макарий также настаивал на разборе дела в присутствии обвиненных. Царь, однако, настоял на том, чтобы показания обвинителей и свидетелей рассматривались в отсутствие С. и Адашева. Собор завершился их осуждением. С. принял постриг. В 1-м послании кн. Курбскому царь пишет, что С. «своею волею отойде» - «не хотевшу судити здесь, но в будущем веце пред Агнцем Божиим» (Послания Ивана Грозного. 1951. С. 41). Курбский это сообщение не опровергает. Царь ограничился тем, что удалил из Москвы сына С.: дьяк Анфим Сильверстов упоминается в 1561-1566 гг. на службе в Смоленске. В 1566 г. в качестве государева дьяка Анфим присутствовал на Земском соборе, где обсуждался вопрос о продолжении Ливонской войны.
В «Истории о великом князе Московском» говорится, что Иоанн IV сослал С. в Соловецкий в честь Преображения Господня мужской монастырь, хотя есть все основания считать, что благовещенский священник принял постриг в Кирилловом Белозерском в честь Успения Пресвятой Богородицы монастыре. В 1573 г. в Послании в Кириллов Белозерский монастырь царь упоминает С. («другой на вас Селивестр наскочил»). В нояб.-дек. 1568 г. царь сделал заупокойный вклад в Кириллов Белозерский мон-рь по сыне С. Анфиме - 30 р. В Белозерскую обитель поступила келейная б-ка С. (в монастырском собрании выявлены 22 его книги; в целом в разных собраниях известно более 30 книг С., принадлежавшая ему рукопись Толковый Псалтири предположительно в 1554 оказалась в монастыре Хиландар на Афоне). Бывш. благовещенский священник сделал в Белозерский мон-рь вклад - «пуд ладана, полпуда сандала, пуд брынцу, 15 гривенок перцу, колокол 8 пуд, да старые колокола зазвонные перелил прибавил своей меди 4 пуда, 2 стопы бумаги». В Соловецкий монастырь от С. поступил вклад - 219 р. и 66 книг, за это монахи каждый год должны были ставить «корм» 10 окт. по «старце Спиридоне да по сыне его Анфиме». Род С. и Анфима включен в синодик Успенского собора (Миртов. 1903. № 4. С. 551. Примеч. 1).
Общественно-политические взгляды С., отразившиеся в его сочинениях
С именем С. связывают 3 послания: царю Иоанну IV, казанскому наместнику кн. Горбатому (кон. февр.- нач. марта 1553), неизвестному опальному вельможе. Подписано именем С. только Послание кн. Горбатому. Все эти тексты помещены в сборнике РНБ. Соф. № 1281 (публ.: Голохвастов, Леонид (Кавелин). 1874). Грамота кн. Горбатому имеет традиц. форму учительного послания духовного лица. Это не личное письмо, а офиц. послание наместнику и др. чиновникам в Казани об управлении краем. С. считается автором Жития равноап. кнг. Ольги, составляющего своего рода предисловие к «Книге Степенной», известны списки Жития с указанием С. как автора. Житие было создано С. специально для Степенной книги; автор использовал летописные известия, проложные жития, похвальное слово и т. н. Псковское житие XIV в. Сочинение С. состоит из 3 частей: собственно Жития, статьи о перенесении мощей и Похвального слова. Выявлены различия между Житием в отдельных списках (с именем С.) и текстом, вошедшим в Степенную книгу. Редактором текста в Степенной книге считается митр. Афанасий. При правке были удалены упоминания «греховных забав» (напр., охота при визант. дворе), взятые С., видимо, из Никоновской летописи.
В посланиях (особенно в Послании царю) и в Житии кнг. Ольги ярко выражено представление С. (к-рое он внушал молодому Иоанну IV) об особой роли Русского государства в мировой истории. Царь является преемником имп. равноап. Константина («тою же царскою багряницею облочен есть»), он стоит во главе Русского гос-ва, к-рое будет существовать и «в последняя времена», «в веки не подвижетца». С. поддерживает походы на Казань, т. к. «зело бо хощет сего Бог, дабы вся вселенная наполнилась православия». Выполнение этой миссии ложится на царя: «Господь Бог... нарек тя... вождя и учителя всемирна». Русское гос-во призвано стать мировой христ. державой: «И поклонетца тебе все царие земстии, и вси языци порабатают тебе». Царь должен избавить себя и свое окружение от пороков (в частности, от «содомского греха») и в этом духе воздействовать на все общество - «осквернившееся очистити и заблудшеся на рамо взяти и ко Христу привести». И к царю, и к казанскому наместнику кн. Горбатому С. обращался с призывом вершить «истинный суд», «розсудити люди своя вправду». Одновременно С. советовал «оказывать» «кротость» и «милость» подданным, чтобы привлечь их к повиновению. В грамоте кн. Горбатому С. хвалил Иоанна IV за милости, оказанные сыновьям побежденных казанских царей: «Велико дело содела благочестивый великий царь, еже любити сыны врагов своих».
В Житии кнг. Ольги С. дополнил традиц. сюжет, заимствованный из древнерус. агиографических памятников, развернутым противопоставлением Ольги визант. имп. Иоанну I Цимисхию, к-рый убил своего предшественника, благочестивого Никифора Фоку, и женился на его вдове, а потом пытался жениться на кнг. Ольге. Рассказ заканчивается предложением Ольги визант. императору, прежде чем искать в Киеве союза и помощи, «уцеломудрити своя совесть и очиститися прежняго скверноубийства» (Степенная книга. 2007. С. 168-169). Житие завершается рассказом о Крещении Руси при равноап. кн. Владимире. Равноапостольные Ольга и Владимир, св. князья-страстотерпцы Борис и Глеб выступают как предки рус. правителей, из к-рых многие «совершенно Богу угодиша, и Богом прославлены быша, и многими дивными чюдесы просияша» (Там же. С. 185).
Как показал И. В. Курукин, содержание посланий С. никак не подтверждает представлений, имеющихся в научной лит-ре, о связи С. с «реакционной знатью» или с нестяжателями. Мысли о ходе мировой истории и об особой роли в ней рус. царской власти, к-рые разделял С., вырабатывались среди духовных лиц - иосифлян и продолжали развиваться в окружении митр. св. Макария. Именно от С. должен был усвоить эти идеи молодой царь. Однако спустя определенное время царь отверг те методы управления обществом, к-рые предлагал благовещенский священник, что и привело к опале С. и его пострижению.
Вероятно, С. был составителем дидактического сб. «Домострой» (заголовок 2-й ред.: «Книга, глаголемая Домострой, имеет в себе вещи зело полезны, поучение и наказание всякому християнину - мужу, и жене, и чадом, и рабом, и рабыням») - свода наставлений владельцу большой городской усадьбы. В отношении этого памятника существуют разногласия в том, что было написано С. (несомненно «Послание и наказание...» (гл. 64)) и что было им отредактировано. Составитель пользовался многочисленными переводными и российскими источниками, включая Пролог, Стословец К-польского патриарха Геннадия, монастырские уставы и различные учительные рукописи. «Домострой», по-видимому, нужно считать частью правительственной программы сер. XVI в. по регламентации общественной, церковной и частной жизни рус. общества, включавшей такие обобщающие проекты, как Великие Четьи-Минеи, Судебник 1550 г., Стоглав, Степенная книга, Лицевой летописный свод.
