СТАРОРИМСКОЕ ПЕНИЕ

Аббат А. Мокеро в 1890 г. в Риме в процессе подготовки первых томов сер. «Музыкальная палеография» обнаружил 3 рукописи c особым певч. репертуаром, который он назвал «ватиканским пением», и опубликовал сравнение одной мелодии из этих рукописей со стандартной версией и с медиоланской версией (см. Амвросианское пение). В условиях происходившего в то время восстановления григорианского пения неудивительно, что Мокеро оценил рим. мелодическую версию как позднюю и искаженную (Mocquereau. 1891). В 1911 г. аббат Р. Андуайе поместил рим. мелодии в контекст обсуждения предполагаемого авторства папы свт. Григория I Великого (590-604) в отношении григорианских мелодий. Андуайе назвал рим. версию догригорианской и предположил, что папа свт. Григорий использовал эти мелодии в качестве отправной точки для своей редакции более совершенных григорианских мелодий (Andoyer. 1911/1912).

В 1950 г. Б. Штебляйн, исследовавший гл. обр. песнопения мессы, расширил аргументы Андуайе в пользу приоритета рим. версии, назвав ее «староримской» (в отличие от «новоримской», позднее обозначенной им как «григорианское пение»), он отказался от признания авторства папы Григория I в отношении редакции стандартной версии (по его мнению, она появилась при папе Виталиане (Ɨ 672) усилиями аббатов Католена, Мавриана и Вирбона, вероятно связанных с рим. базиликальными мон-рями и упомянутых во франк. ркп. VIII в. Ordo Romanus XIX (см. Ordines Romani) в списке лиц, внесших вклад в развитие рим. пения). По его мнению, С. п., амвросианское пение и беневентанское пение можно объединить в одно семейство, к-рое он назвал староиталийским (alt-italisch). Штебляйн объяснил параллельное существование 2 мелодических традиций в Риме институциональным разделением между папским и городским богослужением (Stäblein. 1952). Это вызвало широкую дискуссию. Теорию Штебляйна поддержали музыковед свящ. Й. М. Смитс ван Васберге (считал, что григорианское пение было выработано на основе С. п. в рим. базиликальных мон-рях на протяжении VII в., в то время как мирское духовенство Рима продолжало использовать С. п.- Smits van Waesberghe. 1955), литургист С. ван Дейк (опирался на свидетельства об особых обряде и певч. традиции в базилике св. Петра в XIII в., и нашел косвенные данные об их существовании задолго до этого времени; считал папу Виталиана основателем schola cantorum, а кодификацию нового, григорианского пения связал с именем папы Григория II (715-731) - Van Dijk. 1961), Ж. Гандшин, Ж. Гажар и Э. Яммерс (Jammers. 1962). Впосл. ряд исследователей указали на недостоверность списка в Ordo Romanus XIX и др. исторических источников, на к-рые опирался Штебляйн. В качестве его наиболее значительных оппонентов выступили Х. Хукке (Hucke. 1954 и др.) и М. Югло (Huglo. 1954), которые связали разделение 2 мелодических традиций с заимствованием рим. богослужения и пения во Франкском королевстве во 2-й пол. VIII в. Югло проследил бытование старорим. репертуара в рукописях из Центр. Италии, его проникновение во франкские и германские земли (мон-ри Корби и Фульда) и перекрестные заимствования с григорианской традицией. Хукке писал о григорианском пении в староримской и франкской передаче (трансмиссии) (Hucke. 1955). О разных местах происхождения 2 традиций свидетельствует обнаруженное Хукке при исследовании старорим. антифонной псалмодии позднее и неполное заимствование системы 8 псалмовых тонов, впервые засвидетельствованной во Франкском королевстве ок. 800 г. В. Липпхардт считал, что григорианское пение отражает более раннюю стадию рим. традиции, а С. п.- результат развития последней в условиях устной передачи с высоким уровнем импровизации (Lipphardt. 1956). Со временем стало очевидным, что правы были Хукке и Югло, однако терминология Штебляйна сохранилась. Существуют разные предположения относительно модели перехода от одной мелодической версии к другой: сознательная переработка, (неосознанное?) смешение римских и галликанских элементов, (неизбежный?) результат переноса в иную культурную среду.

В 1974 г. Л. Трейтлер выработал модель устной передачи музыки как принципиально отличной от письменной, предложив в качестве лучшего примера С. п. Это вызвало сомнения в возможности восстановления мелодий VIII в. по рукописям XI в., к-рые, возможно, представляют собой первые транскрипции устной передачи. П. Ф. Каттер предположил, что после долгого устного бытования С. п. было записано независимо друг от друга в разных рим. церквах, о чем, возможно, свидетельствуют вариативность мелодической традиции С. п. и выявленные Э. Новацки различия между григорианскими и староримскими текстами антифонов. Было даже выдвинуто предположение, что рим. рукописи зависят от франкских и в них представлен скорее результат рероманизации франк. мелодий (Hucke. 1980; Levy. 2000-2001).

В 2002 г. А. Пфистерер предложил вернуться к филологическому подходу, сравнивая римско-франкские мелодические варианты с вариантами, бытовавшими в пределах франк. территории, и к взгляду Мокеро на рим. версию как на позднюю местную разработку, поскольку она отличается от др. местных версий количеством, а не качеством вариантов. Подробное обсуждение этой теории еще не началось.

Пять основных рукописей - Градуалы, содержащие песнопения проприя мессы, и Антифонарии, включающие песнопения проприя оффиция,- происходят из 3 церковных учреждений Рима: из папской schola cantorum (Градуал Vat. lat. 5319, XI/XII в.; возможно, также Антифонарий Lond. Brit. Lib. Add. 29988, сер. XII в.), из базилики св. Петра (Градуал Vat. S. Pietro. F. 22, XIII в.; Антифонарий Ibid. B. 79, кон. XII в.), из титулярной ц. Санта-Чечилия-ин-Трастевере (Градуал Cologny. P. Bodmer. 74 (olim London. Phillipps. 16069), 1071 г.). Сохранились и меньшие по объему памятники, описанные Югло (Huglo. 1954): Орационал нач. XII в. Vat. S. Pietro. F. 11 (содержит 3 мессы и заупокойный оффиций), Миссал XII-XIII вв. Ibid. F. 18 (нотирован только аллилуиарий Великой субботы), григорианские рукописи, включающие отдельные старорим. песнопения (Градуал XII в. из аббатства св. Евтихия в Валкасториане (Умбрия) Vallic. C. 52, Сакраментарий и Мисcал XI в. из окрестностей Сиены Firenze. Biblioteca Riccardiana. 299, 300), Понтификал Римской курии нач. XIII в. (содержит 3 антифона на перенесение мощей на праздник Освящения церкви), 4 ненотированные певч. рукописи для мессы со старорим. литургическими особенностями и текстами (Kassel. Landesbiblioth. Theol. Fol. 36, IX в.; Vallic. B. 8, X-XI вв.; Vat. Barber. 560, кон. X в.; Brux. 10127-10144, кон. VIII в.). Позднее были найдены еще 3 фрагмента (см.: Baroffio. 1996; Idem. 2002; Kelly. 2007). Сохранились также описания служб оффиция в Ordines Romani XII и XXVII (сер. VIII - нач. IX в.; изд.: Andrieu. Ordines. Vol. 3. P. 362-372; Vol. 2. P. 459-466), в «Liber politicus» Бенедикта, каноника базилики св. Петра (1140-1143; изд.: PL. 78. Col. 1025-1054), и в «Liber de ordine Antiphonarii» (15, 59-63) литургиста Амалария Симфозия, который побывал в Риме в 831 г., а позже сравнил франк. Антифонарий с римским из монастыря Корби (PL. 105. Col. 1243-1316).

Названные 3 учреждения, по-видимому, представляют полную картину музыкально-литургической традиции Рима. Schola cantorum - это хор из мужчин и мальчиков, к-рый пел на папском стациональном богослужении, совершавшемся в течение года в большинстве церквей Рима. Принято считать, что schola cantorum отвечала за составление и сохранение репертуара рим. песнопений. У базилики св. Петра был коллегиальный капитул, к-рый происходил от более древних базиликальных мон-рей. Церковь Санта-Чечилия-ин-Трастевере принадлежит к 25 т. н. титульным церквам, к-рые выполняли примерно те же функции, что и более поздние приходские церкви. В то же время по крайней мере с XII в. известны учреждения, к-рые следовали традиции франк. (григорианского) пения: частная капелла папы (curia romana), Латеранская базилика (реформирована в 1-й пол. XII в. регулярными канониками из Лукки - Gy. 1995), бенедиктинский жен. мон-рь св. Сикста. Поэтому кажется правдоподобным, что традиция франк. пения пришла в Рим в контексте церковной реформы XI в.

Несмотря на то что «староримские» рукописи и древнейшая стадия франк. традиции, засвидетельствованная в рукописях с кон. VIII в., в целом совпадают по тексту и богослужебному уставу, между ними есть небольшие различия, к-рые можно найти уже в 2 памятниках IX в.: для мессы - во фрагментированном ненотированном Градуале Kassel. Landesbiblioth. Theol. Fol. 36, возможно написанном в Фульде, но, вероятно, с римского образца (Opfermann. 1936); для оффиция - в комментариях, составленных Амаларием. Это можно интерпретировать в духе Хукке и Югло: рим. традиция осталась стабильной, в то время как во франкской с самого начала происходили нек-рые изменения. Но возможна и интерпретация Пфистерера: развитие рим. традиции от общего источника, происходившего из Рима VIII в., началось уже в IX в.

К кон. XI в. мелодии франк. происхождения были интегрированы в рим. репертуар: все 3 основных Градуала содержат песнопения пасхального бдения во франк. мелодической версии. Есть даже неск. примеров мелодий, несомненно обработанных в старорим. стиле (напр., интроит «Omnes gentes» в ркп. Bodmer. 74). И есть произведения более позднего происхождения, особенно аллилуиарии, секвенции и песнопения ординария мессы, заимствованные или даже созданные в Риме. В свою очередь отдельные старорим. мелодии были перенесены в др. регионы (напр., процессиональный антифон «Redime Domine»; см.: Pfisterer. 2002).

После XIII в. в рукописях сохранилось лишь неск. старорим. мелодий. Согласно свидетельству Радульфа из Риво (Ɨ 1403), папа Николай III запретил С. п. в 1277-1280 гг. (Stäblein. 1970; сообщение о том, что он приказал уничтожить рукописи, является преувеличением).

Нет никаких свидетельств наличия музыкально-теоретических текстов, связанных с С. п. Тем не менее мелодические формулы для псалмовых стихов интроитов и для стихов больших респонсориев, очевидно, организованы в соответствии с системой осмогласия, известной из франк. муз. теории. В недельном цикле псалмодии для оффиция есть следы архаических ладов, не интегрированных в осмогласие; однако то же в равной степени относится и к неск. франк. традициям (Claire. 1975). На основании этих свидетельств Хукке пришел к выводу, что система 8 ладов, введенная франками в кон. VIII в., позднее была перенесена в С. п. (Hucke. 1975). Однако Пфистерер возразил, что система осмогласия была введена в Риме уже в VII в., вероятно, заимствованная непосредственно из Иерусалима (Pfisterer. 2012).

В старорим. рукописях содержится вариант беневентанской нотации (см. в ст. Беневентанский обряд) в сочетании с системой цветных линий и F-/c-ключей Гвидо Аретинского. Эта нотация типична для рим. региона, но не является специфической для С. п. В ней практически не фиксируется ритм.

В мессе большинство старорим. мелодий интроитов обладают только общим сходством с григорианскими, но в нек-рых из них есть близкое сходство. Первые имеют в большей степени формульный характер (в антифонах повторяются формулы псалмовых тонов; они могут начинаться с волнообразной речитации в виде повторяющихся секунд; их финальные каденции четко разделяются на 4 основных типа по числу финалисов (D, E, F, G); иногда такие каденции встречаются и в середине стиха), вторые, менее жесткие и последовательные по форме, могут рассматриваться как результат варьирования первых.

Пример 3. Силлабический стиль: антифон «In spiritu humilitatis» (начало), староримская и франкская версии

Пример 3. Силлабический стиль: антифон «In spiritu humilitatis» (начало), староримская и франкская версии

Мелодий для «Аллилуия» в С. п. меньше, чем в григорианском пении, для 10 из них есть «вторые мелодии» (secundae melodiae) - расширенные юбиляции (jubilus) для повторения «Аллилуия» после стиха; «Аллилуия» характеризуется более стандартизированными мелодическими формулами, меньшим амбитусом, почти полным отсутствием повторов мелодических оборотов, к-рые характерны для григорианского пения; все это может свидетельствовать о более раннем происхождении С. п. (Snow. 1958). В трактах 2-го гласа стандартных формул меньше в С. п., а в григорианском пении формулы применяются не столь последовательно, но более строго упорядочены завершения песнопений; тракты 8-го гласа в этих традициях больше различаются между собой (Schmidt. 1957). Большинство григорианских градуалов являются результатом последовательной переработки староримских, при этом сохранена структура мелодии, но мелодический рисунок радикально трансформирован по определенной модели; в то же время в старорим. мелодиях видны результаты разработки вариантов и более поздней систематизации, а иногда - замены мелодии (Hucke. 1955).

История взаимодействия староримских и григорианских мелодий для причастных антифонов (communiones) более сложная. Тридцать старорим. образцов этого жанра используются также в качестве больших респонсориев (responsoria prolixa) на ночной службе, в григорианской традиции состав таких совпадающих песнопений меньше и их набор различается. Со старорим. communiones до XIII в. последовательно использовались псалмовые стихи (а в интроитах - стихи для повторения (versus ad repetendum)), в то время как в григорианском пении эта практика исчезла уже к нач. XII в. Мелодии многих communiones в 2 традициях похожи, причем староримские напоминают украшенные версии григорианских, иногда сходство присутствует только на отдельных участках мелодий; финальные каденции в старорим. причастных антифонах упорядочены более систематически, чем в григорианских. Старорим. псалмовые тоны для стихов communiones и интроитов, как и весь ординарий мессы, заимствованы из григорианского пения (Hucke, Dyer. 2001).

В оффиции различий между С. п. и григорианским пением значительно больше, чем в мессе, а 2 сохранившихся старорим. Антифонария в свою очередь сильно различаются по составу.

Старорим. рукописи оффиция имеют и литургические особенности, только в них присутствуют: особый чин вечерни для дней Пасхальной седмицы с процессиями в часовни св. Иоанна Предтечи и Креста (по образцу иерусалимского стационального богослужения; остатки этой службы - процессиональные антифоны - сохр. и в ряде григорианских рукописей); двойные службы - для папы и клира и для всех верующих - на нек-рые важнейшие праздники (Рождество Христово, св. Иоанна Крестителя, апостолов Петра и Павла, архидиак. Лаврентия, ап. Андрея, Успение Пресв. Богородицы); службы нек-рым почитаемым в Риме святым (или отдельные группы песнопений, напр., свт. Николаю Мирликийскому), отличающиеся от помещаемых в григорианских книгах; 5 респонсориев и 13 антифонов, содержащихся только в старорим. Псалтири; особенности исполнения некоторых песнопений (напр.: пение антифонов на Рождество Христово 5 раз, а не 3 раза, что ближе к изначальной практике петь антифон после каждого стиха; повторение на древнейшие праздники после стиха всего респонсория, а не его окончания (repetenda), или пение на этом месте 2-го респонсория). В свою очередь в григорианской традиции есть особенности, отсутствующие в староримской: праздники, введенные с IX в. (Св. Троицы, отличный от Пятидесятницы, особые празднования для воскресений после Пятидесятницы и после октавы Богоявления и др.), использование гимнов (как и секвенций и тропов на мессе) и др. Все это свидетельствует о развитии староримской и григорианской традиций из общего источника, но скорее в разных литургических центрах, чем в одном (Cutter. 1970).

Из старорим. больших респонсориев (всего их 636 - меньше, чем григорианских) нек-рые были заимствованы из григорианского пения, но если в последнем большинство стихов респонсориев распето на стандартные псалмовые формулы, а для остальных имелись особые мелодии, то в С. п. все стихи респонсориев распеты на 8 собственных стандартных формул. В псалмовых тонах отсутствуют медиальные каденции. В качестве респонсориев могут использоваться не только communiones, но и интроиты и оффертории. Согласно исследованию Каттера, в респонсориях 2-го гласа обеих традиций используются соответствующие варианты стандартных мелодических формул, но в С. п. этих формул меньше, а в григорианском пении они менее стандартизированы. Тоны речитации респонсориев в 2 традициях различаются. Мелодии имеют разный стилистический характер. Мелодические фразы старорим. респонсориев иногда перетекают друг в друга. В целом респонсории 2-го гласа в С. п. более единообразны и последовательны по муз. структуре (Ibidem).

Старорим. инвитатории - песнопения для начала будничных служб оффиция, помещавшиеся в конце Антифонария в специальном разделе, называвшемся «venitare» (назван по 1-му слову использовавшегося в нем Пс 94: «Venite exultemus Domino» - «Приидите, воспоем Господу»), в том порядке, как они впервые встречаются в годовом богослужебном круге. Старорим. инвитаториев примерно в 3 раза меньше, чем григорианских: вероятно, корпус первых послужил основой для корпуса вторых (Caldwell. 2006). Большинство стандартных мелодий антифонов оффиция присутствуют и в григорианском пении и в С. п., но только в 60% этих песнопений, общих для обеих традиций, использованы одинаковые мелодии. 56% антифонов, к-рые входят в тонарий Регинона Прюмского († 915), отражающий григорианскую традицию рубежа IX и X вв., содержатся и в старорим. Антифонарии Vat. S. Pietro. B. 79, а 69% антифонов в григорианском Антифонарии XII в. Lucca. Bibliot. Capitolare Feliniana. 601 совпадают со староримскими (Nowacki. 1985/1986). По предположению Яммерса, общий для 2 традиций корпус антифонов был расширен новыми произведениями IX-X вв. (Jammers. 1962). Однако мелодии совпадают только примерно у половины антифонов. Антифоны Великого поста, которые, вероятно, относятся к древнейшему корпусу, больше различаются в этих традициях. Каттер обратил внимание на то, что стандартные мелодии антифонов, использованные для разных текстов, присутствуют в старорим. традиции в разных вариантах и значительно различаются в 2 сохранившихся Антифонариях.

В старорим. Градуалах для интроитов и communiones используются варианты григорианских псалмовых тонов, но отсутствует система differentiae (группы песнопений, распределенные по ладам с одинаковыми окончаниями псалмовых тонов). В певч. книгах для оффиция эта система отсутствует. В 90% антифонов используется 1 из 3 псалмовых тонов (с речитацией на D, C и A), соответствующих 7, 8 и 1-му псалмовым тонам григорианского пения. В 5% стихов псалмов используется тон, соответствующий 6-му григорианскому, а в большинстве звучат варианты 2-го и 4-го или нерегулярные формулы. Не все псалмовые тоны и differentiae равномерно распределяются по всему репертуару, частично они используются для отдельных праздников или их октав, но в нек-рых случаях встречаются особые последования антифонов, объединенных по литургическому признаку, с одними и теми же тоном и differentiae. В среднем ок. 60% староримских и григорианских мелодий имеют генетическое сходство (Snow. 1958; Nowacki. 1985/1986).