АЛЕКСИЙ

Александрович Дроздов (5.10.1883, г. Буй Костромской губ. (ныне Костромской обл.) — 14.07.1942, Сусловское отделение Сибирского ИТЛ (Сиблага; близ с. Суслова Мариинского р-на Новосибирской (ныне Кемеровской) обл.)), священномученик (память 1 июля, Соборе новомучеников и исповедников Церкви Русской, в Соборе Московских святых и в Соборе Кузбасских святых), протодиакон.

Родился в семье секретаря городского управления Александра Николаевича Дроздова, личного почетного гражданина, работавшего также в Костромской губернской почтовой конторе и происходившего из представителей духовного сословия: его отец и дед А., Николай Иванович Дроздов, был псаломщиком и служил в Воскресенской ц. Воскресенского (Воскресение Дор) погоста на р. Корёге Буйского у. (ныне с. Воскресенье Буйского р-на Костромской обл.). Мать А., Александра Ивановна, была дочерью свящ. Иоанна Александровича Мизеровского, служившего в ц. прор. Илии Ильинского погоста на р. Корёге того же уезда (ныне с. Ильинского Буйского р-на).

В 1898 г. А. по 2-му разряду окончил Галичское ДУ, затем — 3 курса Костромской ДС. Около 1902 г. поступил на должность учителя церковноприходской школы с. Судай Чухломского у. (ныне Чухломского р-на Костромской обл.). Женился на Надежде Афанасьевне, в семье родились 2 дочери: Ангелина и Надежда.

22 окт. 1904 г. в Ипатиевском во имя Святой Троицы мужском монастыре еп. Костромской и Галичский Виссарион (Нечаев) рукоположил А. во диакона к ц. Успения Пресв. Богородицы (в источниках также фигурирует как ц. свт. Николая — по 2-му престолу; утрачена в нач. 70-х гг. XX в.) с. Никольское-Горицких Нерехтского у. Костромской губ. (ныне Никольское (Б. Никольское) в составе Широковского сельского поселения Фурмановского р-на Ивановской обл.). За все время служения в сане диакона А. сменил довольно много храмов, принадлежавших разным епархиям Церкви: Костромской, Пермской, Подольской, Московской. Так, 9 нояб. 1906 г. его перевели в ц. Богоявления с. Красного Костромского у. и губ. (ныне пос. Красное-на-Волге, адм. центр Красносельского р-на Костромской обл.). 15 февр. 1910 г. был причислен к собору Св. Троицы (разрушен в 1930-1932 гг.; на фундаменте возведен собор меньшего размера) пос. Лысьвенский Завод Пермской губ. (ныне г. Лысьва Пермского края), где функционировал один из самых многолюдных приходов епархии (в 1908 г. приход насчитывал свыше 10 тысяч чел.). Через 1,5 месяца, 23 марта, еп. Пермский и Соликамский Палладий (Добронравов) перевел его в Иоанно-Предтеченский женский монастырь г. Кунгура Пермской губ. (ныне в Пермском крае). С 12 июля 1914 г. А. служил в ц. Рождества Пресв. Богородицы в с. Четвертиновка Гайсинского у. Подольской губ. (ныне Гайсинского (до 17 июля 2020 Тростянецкого) р-на Винницкой обл., Украина); с 8 окт. 1916 г.— в соборе арх. Михаила г. Ольгополя Подольской губ. (ныне Гайсинского (до 17 июля 2020 Чечельницкого) р-на), настоятелем которого был в то время свящ. Поликарп Гулевич (впоследствии еп. Феодосийский и Крымский сщмч. Порфирий (Гулевич)).

С 1917 г. А. служил в разных храмах городов Рузы и Серпухова Московской губ. (ныне Московской обл.), в 1922 г. уехал на родину и был зачислен в одну из церквей г. Буя. В 1928 г. переведен в ц. Всемилостивого Спаса (ныне — Смоленской иконы Божией Матери) с. Вантеева Московского у. и губ. (с 1928 пос. Ивантеевский, ныне г. Ивантеевка городского окр. Пушкинский Московской обл.). В 1929 г. награжден двойным орарем. В 1930 г. определен к московской ц. Благовещения Пресв. Богородицы на Бережках (разрушена). В том же году возведен в сан протодиакона. С 1933 г. служил в соборе Рождества Пресв. Богородицы в г. Орехово-Зуеве Московской обл., где настоятелем был прот. сщмч. Василий Евгеньевич Никольский (1877–1937; пам. 14 нояб.), а 2-м священником — сщмч. прот. Николай Поспелов.

17 нояб. 1937 г., на следующий день после ареста сщмч. Василия Никольского, А. был арестован и заключен в московскую Таганскую тюрьму. Две прихожанки собора, допрошенные в качестве свидетелей, показали, что А. вел замкнутый образ жизни и что антисоветских проповедей они от него не слышали. Однако следователь записал их показания иначе (что А. вел контрреволюционную деятельность и антисоветскую агитацию), и прихожанки, испугавшись последствий отказа, протокол подписали. На допросе А. все обвинения (антисоветская агитация, высказывание террористических и пораженческих взглядов, провоцирование слухов о войне) отверг. 21 нояб. Особая тройка при УНКВД по Московской обл. вынесла приговор: А. получил 10 лет заключения в ИТЛ, сщмч. Василий Никольский был приговорен к расстрелу.

А. отбывал срок в 1-м лагерном пункте Сусловского отделения Сиблага, куда прибыл 18 дек. Сохранилось прошение А. о пересмотре дела от 14 апр. 1939 г., которое он, как и многие другие заключенные, написал в НКВД после ареста главы НКВД Н. И. Ежова (10 апреля 1939). Он писал, что следователь не предоставил ему возможность проведения очной ставки с лжесвидетелями. Также из этого документа известно, в каких сложных материально-бытовых условиях жил А. до тюремного заключения: «Имея на своем иждивении больную семью, — жену с пороком сердца, дочь без движения рук и ног (Ангелина в 1932 г. заболела ревматизмом и с 1935 г. не вставала.— Авт. ), вторую дочь, страдающую припадками эпилепсии (с 1936 г.— Авт. ), семью, которая не способна не только работать, но и обиходить себя, я не имел времени [общаться] с людьми и вести с ними какие-либо разговоры, так как все свободное от службы время проводил в своей семье, исполняя обязанности прислуги и няньки». Преемник Ежова Л. П. Берия 11 дек. 1939 г. издал приказ «О делах, направляемых на рассмотрение Особого совещания», которым наркомам и прокурорам разных уровней подчинения было дано право выносить решение о снижении установленных тройками НКВД-УНКВД сроков наказания до 3-5 лет, заменять заключения в ИТЛ ссылкой или высылкой и др. Дело А. было отправлено на доследование. Выяснилось, что следователь, ведший дело А., был арестован за фальсификацию нескольких дел; одна из проходивших по делу свидетельниц была арестована по обвинению в антисоветской агитации, а вторая отрицала написанное в протоколе допроса. 3 марта 1940 г. было заведено дополнительное, литерное дело А. Не знавшая об этом супруга А. Надежда Афанасьевна 10 марта направила в НКВД прошение об освобождении мужа. Дополнительные свидетели показали, что А. никакой антисоветской агитации не вел. Также были вызваны осведомители из духовенства, получена справка об А. из Московского Патриархата. 10 апр. в отношении А. было принято новое постановление: снизить меру наказания до 5 лет ИТЛ. Однако 23 апр. Берия издал новый приказ о более тщательной проверке дел и о передаче права о пересмотре меры наказания Особому совещанию НКВД. Лагерная администрация направила в НКВД отрицательную характеристику на А., указав, что он плохо работает, что он «злостный отказчик, поведение в быту плохое, в культ­массовой работе не участвует, настроение враждебное», и что он условно-досрочного освобождения не заслуживает. 15 июня дело было вновь пересмотрено, решение о снижении срока заключения было отменено.

А. скончался в лагере 14 июля 1942 г., похоронен в безвестной могиле. Его семья не знала об этом, и 10 мая 1943 г. его дочери, жившие в то время в Ярославле, подали в НКВД новое ходатайство об освобождении отца. Они писали, что их мать умерла 7 февр. 1943 г. и они находятся в очень тяжелом положении, родных и пенсии у них нет.

Имя А. внесено в Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской определением Синода РПЦ от 11 апр. 2006 г.